Во вселенной постоянно происходят какие-то процессы, когда одни цивилизации пытаются подчинить, уничтожить или эксплуатировать другие. По большей части, это процесс естественный и никто не вправе указывать Вселенной, как следует поступать. Но бывают случаи, когда цивилизации, многократно опередившие в своем развитии других, пытаются выйти за рамки дозволенного.
Авторы: Панченко Сергей Анатольевич
красивой девушки, я на мгновение забыл про весь кошмар, который творился со мной. Моя душа больно ударилась о землю, вернувшись из небесной выси.
— Блин! Надо сперва шашлыка было поесть.
— Прости, Аркадий, действительно давай поедим, я же для тебя старалась. Кучу рецептов просмотрела, надеюсь только с дровами накосячила.
Моя всепрощающая душа потихоньку поднялась в небо. Шашлык оказался очень нежным, пахнущим приятными специями. Настя достала белый хлеб и бутылку красного вина. Я вытаращился непонимающим взглядом.
— Очень много для хорошего сна как-то?
— На то он и сон, чтобы не ограничивать себя. Бутылку откроешь?
— Да я без инструмента могу только внутрь пробку вдавить.
Настя улыбнулась и подала мне перочинный складывающийся нож из бардачка моего же бензовоза.
— Ого, в следующий раз наколдуй дубовые дрова.
Красное полусухое вино приятно задержалось во рту, а затем упало в желудок. Изнутри пошло тепло по всему телу. Мы ели шашлык, болтали о разном, упорно обходя историю вокруг поселка. Алкоголь позволил нам общаться свободно. Только я поймал себя на мысли, что стесняюсь смотреть Насте в глаза. Я был уверен, что запал на нее, и чтобы это скрыть не смотрю ей в глаза. Надо заметить, что и она, редко смотрела на меня. Но я связывал это с ее природной скромностью. Мы очень мило общались. Настя была приятной, эрудированной собеседницей с хорошим чувством юмора. Мне не приходилось из кожи лезть, чтобы придумать новую шутку. Настя смеялась над моими, переиначивала их, делая еще смешнее. Мы и не заметили, как закончился шашлык и вино.
Я отвалился набок, и полуприкрыл глаза:
— Эта скотина на озере, какой-то биозавод по производству биологического оружия массового поражения. Я думаю, что видел только его верхушку, большая часть находится под водой. При мне дважды произошли роды. Один раз, родился Тяни-Толкай, другой раз «летающее корыто» уже доверху наполненное «птабами».
Настя свела брови к переносице:
— Это твоя терминология? Не совсем понятно, о чем речь?
— Тяни-Толкай — это такие змееподобные существа, с мелкими беленькими лапками и панцирем на спине, при движении издают стукающий звук. Очень действует на нервы. «Летающее корыто» — это такая птица, у нее как будто нет головы, сама она похожа на ванну, только с крыльями. И наполнена она такими существами, которые зарываются в землю, когда ты наступаешь на него, он выстреливает собой из-под земли и проделывает в тебе еще одну дырку.
— Ага, теперь понятно о ком ты. Интересная классификация, значит, Айболита читал?
— Бабушка перед сном в детстве читала.
— Что думаешь дальше делать? — от былой веселости в лице Насти ничего не осталось. Она смотрела мне прямо в глаза, ожидая ответа. Я решил немного подыграть. Не торопясь с ответом, лег поудобнее на спину, закинул руки за голову и закрыл глаза.
— Химией притравлю.
— Артист! — Настя кинула в меня веткой валявшейся рядом.
— Я серьезно, где-то должны быть запасы всякой отравы для колхозников. Инсектициды, гербициды, фунгициды, протравители семян и прочие вкусности. Знаешь, сколько раз я писал в свою газету об успешном завершении очередной борьбы со всякой сельскохозяйственной заразой. Огого! Теперь я специалист в этой теме. И еще по народным хорам старушек. Это мой конек! — я завершил тираду лежа, опершись на локоть. Настя смотрела на меня непонимающим взглядом. Ей хотелось понять, насколько я шутил.
— Про яды я не шучу, как и про старушек. Но последние уже никак не помогут.
— Хм, я даже и не догадалась сама про отраву. Наверно не зря мне пришлось попросить пропустить тебя под барьер — девушка резко взглянула мне в глаза и осеклась, как будто сболтнула лишнее.
— Постой, ты о чем? — я подскочил, ее фраза пронзила меня насквозь, как удар током.
Зазвонил будильник. Я подпрыгнул, на ходу договаривая свой вопрос, и больно ударился о крышу. Эта мысль, что я мог бы здесь не оказаться, раскаленным прутом сидела в мозгу. Неужели эта девушка, или кто она там есть на самом деле, намеренно впустила меня сюда. Да будет проклят тот день, когда придурок Суздальцев отправил меня в Прокопьевку, добывать материал. Этого всего могло и не быть. Я мог бы сейчас оказаться вообще в противоположном от Прокопьевки месте. Писал бы статью про ударный труд комбайнеров. И никаких жутких тварей и борьбы за жизнь.
Я провел рукой по лицу, словно пытался снять с него наваждение сна. Жара и желто-коричневый мир вокруг. От былой свежести уже не осталось и следа. Рубашка намокла от пота и прилипла к спине. В голове кутерьма от мыслей. Я еще не мог понять, насколько можно доверять этим поразительно реалистичным встречам с
