Во вселенной постоянно происходят какие-то процессы, когда одни цивилизации пытаются подчинить, уничтожить или эксплуатировать другие. По большей части, это процесс естественный и никто не вправе указывать Вселенной, как следует поступать. Но бывают случаи, когда цивилизации, многократно опередившие в своем развитии других, пытаются выйти за рамки дозволенного.
Авторы: Панченко Сергей Анатольевич
понимал, что отправить сюда тяжелую машину было крайней мерой. Солярки оставалось — кот наплакал. Берегли каждую каплю, чтобы иметь хоть какой-то запас на крайний случай. Видимо не осталось у мудрых голов в штабе других вариантов. Лейтенант почувствовал, как в груди заныло чувство обреченности. Молодая жена и недавно рожденный сын Павлик, которых он любил больше всего на свете, находились в смертельной опасности. Кравцов чертыхнулся и ударил рукой по косяку дверного проема ‘избушки’.
— Как надоела мне эта непонятная война! — Не сдержался он. — Андронов, про какую тряпку ты говорил?
Из караулки выбежал Андронов, придерживая автомат, висевший на плече.
— Вон, с той стороны, тряпка оранжевая вроде.
Командир обошел ‘избушку’. На самом краю, зацепившись за неровности деревянной крыши висел кусок грязно-оранжевой тряпки. Зная коварство местной природы принимать вид самых мирных вещей, лейтенант не стал прикасаться к тряпке руками. Он поддел ее стволом автомата и сбросил вниз. Несколько человек сгрудились возле него, пытаясь определить природу ‘тряпки’. Вещь действительно оказалась не тем, за что себя выдавала. Тряпка по виду больше напоминала перепонки, пронизанные мелкими сосудиками. В некоторых местах перепонок имелись мышечные волокна. Следовательно у тряпки вполне животное происхождение. Кравцов попытался развернуть перепонки. В углублении одной из них оказалась жидкость, которая мгновенно начала испаряться. Над ‘тряпкой’ поднялся пар. Лейтенант нечаянно вдохнул из облака пара и почувствовал как его сознание рухнуло куда-то вниз и закружилось в облаке диких фантасмагорий. Резкий запах нашатыря привел его чувство.
— Кажется мне понятно, как ‘еноты’ смогли погубить наши караулы. — Заключила Светлана, запаковывая назад бутылочку с нашатырем.
— Долго я был в отключке? — Спросил Кравцов.
— Минут пять, не больше. Вам немного досталось, а если представить, что эта жидкость затекла в помещение и там испарилась, то могло на несколько часов хватить или вообще до летального исхода.
— Надо в штаб доложить! — Лейтенант попытался встать, но почувствовал, что ноги еще не слушаются его в полной мере.
Ему подали рацию в руки.
— Штаб! Штаб!
— Да, Штаб слушает.
— Мы разгадали причину исчезновений солдат с блок постов. ‘Еноты’ используют шары с быстроиспаряющейся жидкостью, видимо эфир какой-то. Я сам сейчас немного вдохнул и тут же отключился. Мне кажется, что всем надо экипироваться противогазами.
— Хорошие новости лейтенант. Остается только одна загадка, зачем мы им нужны живыми?
— Может они просто берут нас в плен? — Поделился соображениями с штабом Кравцов.
— После того, что мы здесь натворили, я думаю у нас нет никаких шансов ждать от местных снисхождения.
— А может послушаться, что говорила Настя и сложить оружие?
— Не говори ерунды. У тебя хватит сил сложить оружие и ждать, когда придут и убьют твою семью?
Кравцов знал, что не хватит. Он будет до последнего вздоха пытаться защитить свою семью.
Из тумана послышался рев приближающейся БМП.
Глава 1
Утро тридцать первого декабря Настя встретила в поезде по дороге домой. Девушка училась на четвертом курсе медицинской академии. Она торопилась домой, к родителям, которых видела очень редко по причине большой удаленности областного центра от дома. Родители ее жили в военном городке, в пяти километрах от железнодорожной станции. Отец ее был отставным военным, который дослуживал до пенсии в мотострелковой дивизии, дислоцировавшейся в этом городке. Там же было много ее друзей детства, с которыми не терпелось встретиться.
Снег искрился на еловых ветвях в утреннем солнце. Время от времени за окном мелькали избушки второстепенных разъездов. Настя приметила знакомые ориентиры и начала высматривать свою железнодорожную станцию. На душе было светло и радостно от предстоящих встреч с родителями и друзьями.
Поезд сбавил ход и за окном потянулись бетонные заборы различных предприятий. Настя сняла с полки свой багаж и направилась к выходу. Поезд остановился. Проводница открыла дверь и в тамбур ворвался морозный воздух. Настя с удовольствием вдохнула его, уловив в его запахе ностальгические нотки.
Отец стоял на привычном месте, на углу станционного здания. Настя помахала ему рукой, отец заметил и торопливо пошел в сторону дочери. Густой пар вылетал от их дыхания. Брови и ресницы у отца побелели и он стал похож на Деда Мороза.
— Вот и Дед Мороз меня встречает! — Настя бросила сумки на перрон и бросилась отцу на шею.
Отец крепко обнял дочь, по которой уже успел порядком соскучиться.
— Еще не дед,
