Везучий студент попадает в тело мага. Не совсем своей волей, некий архимаг для него это тело специально сделал. Хорошее тело, красивое, сильное, с магическими способностями. Маги, оказывается, подобным часто занимаются. В своих целях, естественно. Только вот этот конкретный архимаг закинул данного везунчика в параллельный мир, а сам в ходе эксперимента погиб. Мир, как выяснилось, развитой космической цивилизации, но без магии. И с кучей проблем, в которые наш студент погружается с головой. Ничего, выплывет. Ему бы только магию освоить.
Авторы: Смекалин Дмитрий Олегович
Империи.
— Император и есть Империя.
— Да нет, разница есть. Уверен, Монти тоже считает, что служит Империи.
Карлос на некоторое время задумался. Потом повернулся в шефу жандармов.
— Видишь, Дарви, как этот юноша сходу вычленил суть всех наших проблем? Ведь все дворяне Империи — вассалы Императора, но как-то постепенно они стали считать себя не слугами монарха, а гражданами Гипериона. В мое обращение к народу надо будет вставить следующий фрагмент.
Император задумался на несколько секунд, потом вскинул голову, еще пару секунд подождал и снова стал вещать тем же торжественным голосом:
— Становой хребет Гипериона — его аристократические роды, служащие Империи и получившие от нее за это земли. Последние события показали, что в этой системе требуется навести порядок. В ближайшее время мною будет подготовлен указ. Им будет восстановлена исконная обязанность всех аристократов служить Империи и ее Императору. Да не будет иметь право не служивший в Империи владеть в ней землей.
Уже другим тоном:
— Дарви, передашь моему секретариату проект указа подготовить. Так его и назовем — Указ о служилом сословии. А то ишь, распоясались!
— Боюсь, Ваше Императорское Величество, такой Указ не будет популярен у дворянства.
— Я не гонюсь за дешевой популярностью. Я превыше всего ставлю справедливость. Многие аристократы стали забывать свой долг. Ничего, я им его напомню и заставлю всех принести мне личную присягу.
По окаменевшему лицу жандарма можно было догадаться, что данное решение монарха он не одобряет, но спорить не будет.
— Но сначала надо окончательно выкорчевать все гнилые корни мятежа Монти, — продолжил монарх. — Рей говорит, что сильный эмпат-пилот может быть еще и дознавателем. Причем таким, каких у тебя нет.
— ? — граф Дарви умудрился одновременно изобразить высочайшую заинтересованность, легкий скепсис и нетерпение в ожидании продолжения.
— Он берется перекачать всю память Монти в память дворцового искина. Как ты думаешь, кто будет лучше сотрудничать с твоими дознавателями? Наглый претендент, которому есть, что скрывать, или честный слуга?
— Ваше Величество, я потрясен. Конечно, искину тоже надо правильные вопросы суметь задать, но на то в моем ведомстве соответствующие профессионалы и работают. Кстати, и к графу Рею у меня сразу же немало вопросов появилось.
— Погоди его пугать. Сам понимаю, что возможностей злоупотреблений масса возникает. Так что, Рей, учти, делать это будешь только после моего личного распоряжения в каждом конкретном случае. Что тебе для этого надо?
— Помещение с гладким полом, на котором я смогу начертить схему концентрации. Ну и, пожалуй, какое-нибудь приспособление, чтобы голову исследуемого можно было зафиксировать. Он, конечно, во время процедуры будет без сознания, но даже случайное изменение положения его мозга крайне нежелательно.
— И в помещении вы должны быть одни? — подозрительно спросил жандарм.
— Что вы! Хоть роту туда нагоните, лишь бы меня при этом не толкали и схему не затоптали.
Глава 11. Строим дом на новом месте
41. Рей, дознаватель
Комната с ровным полом во дворце сразу нашлась. На минус двадцать первом этаже. Причем и Карлос, и Дарви, не сговариваясь, сразу о ней вспомнили. Видимо, она здесь единственная, в которой можно на полу рисовать. Скромная, без излишеств, стены и пол из чего-то вроде серого бетона, дверь — металлическая. Рядом с дверью — скамья, еще у соседней стены простой письменный стол с парой стульев, да для чего-то в центре деревянный столб (типа колонны) поставлен. Ладно, пригодится.
По моей просьбе к этому столбу пару толстых досок прибили, а к ним уже — фиксатор для головы. Так удобнее, не мешает пентаграмму на полу под ним рисовать.
Пентаграмму я чертил, непрерывно сверяясь со справочником. Для надежности, хотя пентаграмма самая обычная — концентрации, я ее, в принципе, и так выучил уже. Вообще-то, пентаграмма для перекачки памяти необязательна, в изоляторе тюрьмы я без нее обошелся. Но с ней — надежнее, гарантирует, что заклинание наложишь успешно, да и эффект от заклинания сильнее проявляется.
К моему удивлению, Император с шефом жандармов сели не за письменный стол, а скромно на скамейку. Но вопросами и оттуда замучили. Очень им хотелось понять, что я делаю. Рассказал почти честно:
— Это — пентаграмма концентрации, усиливает ментальное или, как вы его называете, эмпатическое воздействие на того, кто в центре этого чертежа лежать будет.
— А какие воздействия возможны? — чуть не хором.
— Возможно много чего, но я мало чего умею. Сейчас я вашего Монти усыплю, потом постараюсь ему внушить желание
