Русский миллиардер Семен Топорков и талантливый ученый Денис Тумарин объединились, чтобы осуществить небывалый прорыв в истории человечества. Строится космический корабль, чтобы не только долететь до Венеры, но и заселить ее землянами. По замыслу создателей грандиозного проекта, на Венеру переселятся те, кто устал от Земли с ее межнациональными и межрелигиозными проблемами.
Авторы: Прозоров Александр Дмитриевич
крайне ценной информацией о противнике.
— То есть, дальше идти не нужно? — опустил мачете негр и повернулся к командиру. — Так что делаем, сержант?
— Возвращаемся, — решил Дональд Трамп. — Барахло тащим с собой. Ламм, сигнальные патроны тоже вышли из строя или сработают штатно?
— Должны действовать нормально, — сказал солдат.
— И то хорошо, — кивнул сержант и первым зашагал по своим следам в обратную сторону.
Этот путь, конечно, был быстрее и проще, чем к горам: уже посеченные лианы, знакомая просека через тростник, глинистая горка, ручей, редколесье с цветами…
Ощущение странности появилось у сержанта только часа через четыре, когда, несмотря на быстрый шаг, они так и не смогли добраться до места ночлега. Пусть даже разведчики спрятали упаковки от завтрака, замели следы, не разводили огней и не тревожили заросли — но поляна была приметной, а следы от гамаков не могли зарасти начисто всего за половину дня. Ее было невозможно не узнать — однако разведчики этой точки маршрута до сих пор не миновали. У Трампа появилось нехорошее подозрение, что где-то, как-то, в каком-то месте пути неведомые заботливые руки повесили на старой тропе целые свежие лианы взамен разрубленных, выровняли поврежденный подлесок, подрезали сломанные веточки, а потом указали путникам иную дорогу через сельву, пробитую кем-то другим…
Поэтому сержанта не очень удивило, когда тропа вдруг вывела их разведгруппу к неведомой полноводной реке. Не удивило даже то, что на большом камне перед могучим бальсовым деревом сидел полуобнаженный, раскрашенный пятнами и полосками индеец, в джинсах и с большим деревянным луком, с татуировкой в виде пумы на бритой черепушке. Туземец смотрел на запыхавшихся спецназовцев с невозмутимым интересом, никак не проявляя тревоги и не пытаясь взяться за оружие.
— Ты понимаешь по-английски? — вскинув руку, остановился шагах в десяти от него Трамп. Выполняя команду сержанта, остальная разведгруппа тоже замерла.
— Понимаю, гринго, — кивнул индеец. — Ты хочешь жить, гринго? Тогда медленно положи свой автомат на землю.
— Кто ты?
— Я дух сельвы, гринго, — склонил голову набок индеец. — А вы здесь незваные гости. Бросьте свое оружие. Против духа сельвы оно бессильно.
— Ты вздумал шутить со мной, раскрашенная обезьяна?! — рявкнул Трамп, скинул флажок предохранителя и передернул затвор. — Считаешь, я тут с цветочками гуляю?
— Последний раз, гринго, — посерьезнел индеец. — Заткнись и брось оружие.
— Ты мне угрожаешь, урод?! — вскинув приклад к плечу, ринулся вперед сержант.
— Зря… — кратко выдохнул индеец и отвалился назад, куда-то за камень.
Дональд Трамп попытался достать его короткой очередью — хотя без прицела и с мешающейся на стволе бесполезной бандурой попасть в цель было чертовски трудно, — но не успел. Пули звонко, с яркими красными искрами отрикошетировали от скошенного бронещитка, открывшегося в кустах за упавшим дикарем. Сержант еще успел заметить узенькую амбразуру и направленный в лицо ствол, и даже успел понять, что напоролся на пулеметное гнездо — но потом ему навстречу ударил плотный огонь…
— Мы потеряли группу, — войдя в кабинет, бросил на стол шефу шифрограмму Итаньян Местмит, руководитель южного сектора Управления технических систем ЦРУ. — Она не вышла на связь.
Был он седым, длинным и худощавым. Когда в азарте спора Итаньян резко наклонялся к собеседнику, возникало ощущение, что он сломался и разваливается пополам, — а спорить Местмит любил, бегая из стороны в сторону и активно жестикулируя. Поэтому Алистер Бредли в первую очередь указал ему на стул перед собой, а уже потом поинтересовался:
— Почему сразу «потеряли», Итаньян? Если у группы нет связи, это еще не значит, что бойцы погибли. Возможно, они лишились передатчика или связиста. Пусть вертушки патрулируют запланированную точку эвакуации еще несколько дней. Всегда остается шанс, что кто-то из группы еще выйдет. У Никарагуа нет системы ПВО, так что вертолетам ничего не угрожает. Да и не следит там никто за Москитовым берегом. Никаких людей и жилья там все равно нет.
— Это уже третья группа, шеф, — напомнил Местмит, чувствуя себя на стуле неуютно и постоянно ерзая. — Две первые были костариканские, с простейшими датчиками и маячками. А до них в том же секторе бесследно сгинули четыре «Предатора»!
— Четыре? — удивился руководитель управления. — Почему так много? Я знаю только об одном!
— Первый улетел с обычной разведывательной миссией. Мы хотели посмотреть, что там русские строят у нас под боком и не является ли это военным объектом? Дрон бесследно исчез. Тогда мы не придали
