Профессия: шерп

она работает немного иначе. Из-за искривления пространства свет возвращается назад в ту же самую точку, из которой вышел. Видишь, впереди двое за руки взялись? Это можем быть мы. Просто из-за искривления пространства видим собственные спины.
— А ничего, что я в пальто и юбке, а эта девушка — в замшевой куртке и джинсах?
— Да, Леночка, да, — грустно вздохнул Сизарь. — Вселенная полна загадок, все еще неподвластных нашему слабому разуму.
Девушка рассмеялась и ткнулась лбом ему в плечо.
Так, под разговоры о квазарах и метеоритах они и дошли до девятиэтажки на широком бульваре.
— Спасибо, сегодня за вечер я узнала больше, чем за оба старших класса, — остановилась возле дорожки к дверям Лена. — Очень рада нашему знакомству. Я думала, вы старый угрюмый сыч, который, согнувшись, корпит с формулами над тетрадкой в клеточку. А вы — молодой и веселый. И очень забавный, когда работаете.
— А ведь я ваш должник, — снова припомнил Сизарь. — С меня ужин.
— Я обычно дома ужинаю. Моя мама очень вкусно готовит.
— Ну, хорошо, тогда обед, — поправился Алексей. — У вас когда обед в представительстве?
— Неудобно, — покачала головой девушка. — Я и так отняла у вас очень много времени.
— Не отняли, а подарили. Так во сколько мне вас завтра ждать?
— В половину первого… — Она развернулась и убежала к парадной.
Разумеется, после полудня Сизарь уже мерз возле кирпичной двухэтажки с букетом роз, спрятанных в три слоя оберточной бумаги. В назначенный час заветная дверь распахнулась, из нее выскочила стройная Лена в знакомом длинном пальто и кокетливом берете, лихо сбитом набок. Следом солидно вышел упитанный Филипп Федорович в кожаной кепочке и черной дутой куртке.
— Привет, Леночка, — вручил букет девушке Алексей. — В дневном свете ты просто великолепна.
— Спасибо, Лёша, — приняла она подношение.
— О, приветствую, товарищ Сизарь, — протянул Алексею руку глава представительства. — Очень хорошо, что вы здесь. Мучает меня одна мысль. Что, если оболочку капсул заниженной мощности сделать алюминиевой? При той же мощности заряда и тех же рабочих габаритах они за счет меньшей массы рабочего вещества дадут в пять-шесть раз меньшее давление на плиту.
— Меньше масса — выше скорость, — сходу отмел Алексей. — Результирующая сила окажется равной.
— А вот не факт, — покачал головой Филипп Федорович. — На максимальную скорость у нас есть эйнштейновское ограничение.
— Вальтер Ритц обычно дает лучший результат.
— Перестаньте, молодой человек, — отмахнулся глава представительства. — Все формулы, кроме высокоэнергетических, у них одинаковы, просто объяснения разные. В нашем случае это не имеет никакого значения.
— Я цветы в воду поставлю… — тихо попросилась девушка. — А то замерзнут.
— Да, Леночка, да, — согласился Филипп Федорович. — Мы тоже поднимемся. Я покажу товарищу прекрасную статью профессора Варотанова, посвященную как раз этому вопросу.
— Хватит обычной ссылки… — сказал Сизарь.
— Ссылку тоже дам, — развернулся к двери Филипп Федорович, и молодой человек волей-неволей пошел следом.
Внутри помещение представительства выглядело еще более скромно, нежели снаружи: три комнаты, выходящие в общую прихожую, где и стоял стол секретаря с двумя мониторами, телефоном и ксероксом. Филипп Федорович, сняв куртку и шляпу, вошел в кабинет с табличкой «Генеральный представитель», позвал оттуда гостя:
— Заходите, Сизарь! Сейчас, компьютер загрузится… А я знаю, что сделаю. Я попрошу Леночку эту статью для вас распечатать.
— Спасибо, очень красивые цветы. — Девушка как раз расправляла розы в высокой пластиковой канистре.
— Я сейчас… — виновато развел руками Алексей, прошел в кабинет, глянул Филиппу Федоровичу через плечо, тут же кивнул: — Знаю я эту статью. Чисто теоретические изыски. Практическими исследованиями не подтверждены.
— Не скажите, Сизарь… — Мужчина, словно вживаясь в кресло, покрутил седалищем, надежно обосновываясь между высокими подлокотниками, подтянул к себе клавиатуру: — Вы знаете, какие результаты выдал гатчинский ПИК при обстреле фольги медленными нейтронами? Сейчас, я открою вам график потока…
— Мы хотели сходить пообедать, Филипп Федорович.
— Ничего страшного. Я скажу Леночке, она все организует.
— Но мы с нею… В смысле… Обед… — Сизарь растерялся, не зная, можно ли сказать главе представительства «Маяка», что пригласил его секретаршу на свидание?
— Не беспокойтесь, она у меня умница, способна творить настоящие чудеса, — поднял голову Филипп Федорович: — Леночка, зайди, пожалуйста. А вы, Сизарь, смотрите на данные эксперимента. Там