Русский миллиардер Семен Топорков и талантливый ученый Денис Тумарин объединились, чтобы осуществить небывалый прорыв в истории человечества. Строится космический корабль, чтобы не только долететь до Венеры, но и заселить ее землянами. По замыслу создателей грандиозного проекта, на Венеру переселятся те, кто устал от Земли с ее межнациональными и межрелигиозными проблемами.
Авторы: Прозоров Александр Дмитриевич
осчастливить этот мир. Так вперед, твои пути открыты! Твой паровоз пыхтит всеми парами, заправленный под горловину, и готов нести тебя к счастливому будущему! Но только не забывай: ты делаешь мир счастливее и чище, а я хочу заработать на этом деле немного денег. Давай договоримся, что ты не будешь считать мою коммерческую жилку признаком черного демонизма. А я взамен не стану обзывать тебя чокнутым светлым эльфом. — Топорков рассмеялся и предложил: — Бокал шампанского в честь удачной сделки?
— Я за рулем.
— Тогда буду праздновать с женой, — решил миллионер. — А мы вернемся к вопросу денег. На сегодня мы все отработали свои роли на твердую пятерку. Наш проект вернулся на гребень волны. Это позитивные новости для наших клиентов. Сейчас у них начнутся праздники, в которые они входят с хорошим настроением, и им примерно две недели будет не до нас. А затем случится «отходняк». Снова на работу, голова болит, деньги кончились. Атеисты и исламисты, как всегда, попытаются всякую радость населению испортить, украшения опротестовать, поздравления замазать, кресты поломать. И особо это попортит людям кровь как раз через две недели, когда веселье останется позади, а пакости запомнятся и сохранятся на глазах везде и всюду. Вот на этом фоне нам очень важно дать сильный позитивный сигнал. В контрасте он покажется вдвое ярче обычного и привлечет больше внимания. Ты готов, Денис?
— Монтаж катапульты закончен месяц назад, сейчас идет отладка цепей и аппаратуры. Снаряд тоже уже на месте. Это одна из секций рабочей станции с грузом кислорода и продовольствия. Так что, по идее, испытательный выстрел можно совершить в любой момент.
— Может, для пробы сначала запустить простую дешевую «чушку»? — предложил старик.
— Была такая мысль, Сергей Иммануилович, — повернулся к нему Тумарин. — Однако выстрел из орбитальной катапульты — это настолько дорогое удовольствие, что потерять груз при поломке будет куда менее обидно, нежели потратить двадцать гигаватт энергии на успешное пуляние бесполезной железякой.
— К тому же: «Первая секция космического проекта заброшена к звездам» — будет звучать намного лучше, нежели просто: «Испытание катапульты прошло удачно», — поддержал Дениса олигарх. — Так что, порадуешь нас на старый Новый год?
— Легко! — мотнул головой Тумарин.
— Тогда удачи, — приободрил его Топорков. — Космос заждался своих новых героев.
Сердцем космической катапульты был крытый аквапарк. Самый настоящий — с горками, музыкой, дайвингом и бесплатным безалкогольным баром. Не то чтобы это задумывалось изначально — но когда питерские инженеры «Пириконда» начали проектировать конденсаторный стартовый каскад, они столкнулись с тем известным фактом, что коэффициент полезного действия не может быть равным ста. В циклах зарядки-разрядки ионисторов происходит некоторая потеря энергии. В общем-то, этот показатель оказался совсем крохотным, даже уникально малым — всего полтора процента. В обычных условиях на него можно вовсе не обращать внимания. Но когда дело идет о мощности в двадцать гигаватт — полуторапроцентных потерь, неизменно превращающихся в тепло, вполне хватает, чтобы вскипятить спортивный плавательный бассейн среднего размера.
Самым простым решением для охлаждения системы стал именно бассейн. А поскольку кипятить его никто не собирался — диапазон температуры для наиболее эффективной работы ионисторов находится между плюс двадцатью и плюс шестьюдесятью градусами, — то для полной гарантии необходимый объем увеличили сразу в три раза, утопив оборудование на глубину пяти метров.
Бассейн, естественно, следовало охлаждать. Поэтому мощные насосы качали воду с поверхности у одного угла, прогоняли через фильтры и сливали тонким слоем с длинной пологой горки в другой угол. Учитывая стабильную наружную температуру воздуха выше двадцати пяти — в энергокомплексе моментально нашлись желающие покататься на таком аттракционе, благо над утопленными стойками с аппаратурой покачивалось три метра чистой воды.
Тумарин смотрел на такие развлечения сквозь пальцы. Он полагал, что купание техников — лучшая гарантия качества герметизации электрооборудования и контроля за его исправностью. В результате сотрудники поступили так, как всегда действуют люди при попустительстве начальства: смонтировали дополнительные горки — спиральные, с трамплинами и круговые, притащили пластиковые пальмы и цветы, поставили холодильники с напитками, кресла и шезлонги…
— А здесь находится наш энергоблок на двадцать один и семь десятых гигаватта в импульсе, — жестом заправского экскурсовода указал на пляжную площадку
