Наш современник, будучи в горах, слышит довольно странные звуки. Пройдя на звук, он неожиданно вываливается в чужой мир. Его просят помочь, с этого момента и начинается его прогрессорство.
Авторы: Обатуров Сергей Георгиевич
ребенка. Серигею повезло, мои навыки сработали. Я, когда место боя оглядел, то нашел троих, убитых не мною. Правда там кони немного порезвились, но все равно, след от сабли и от лошадиных зубов я на шее хоть у кого различу. Так что из пятерки двое за мной, а остальные за Серигеем.
Зравшун ты, что такое говоришь. Да Вантилий бы их всех раскидал. Я же видел собственными глазами последствия его боя со звездой. Три трупа из пяти были от его сабли.
Вантилий как-то испугано дернул меня за рукав и усадив рядом с собой на диван кареты и прохрипел.
Ты что такое говоришь, Серигей, если уж Зравшуна так знатно порезали то, что говорить обо мне. Они бы меня на кусочки нарубили. Та пятерка была из молодых, а эти опытные, А, ты же не видел, у них, у каждого на плече татуировка была. Это Серигей, элитная пятерка. И очень хорошо, что была. Да и Зравшун молодец, против своей сабли столько продержался. Думаю, что не зря ему отец ее дал. Так что, Зравшун, теперь с легким сердцем можешь отдать ее отцу. Ты и с этой парой сабель будешь непобедимым. Не зря же уже пять лет подряд признаешься лучшим мечником страны. Вообще, в этом деле все как-то не чисто. Вот смотрите, твой, Зравшун, отец, требует вернуть фамильную саблю домой. Отобрать фамильную саблю, да еще такую, это облечь тебя на верную смерть. А причина, вообще не стоит того, чтобы о ней говорить. Других за танец смерти награждают, если выживают, конечно, а так, легенды о погибших слагают. Одновременно с тем, что потребовали саблю вернуть, оказалось, что и мать твоя заболела. Пришлось лекарей взять, да еще каких. Тут еще и маг из Ковена, предателем оказался. Куда мир катится?
Я призадумался, а ведь прав Вантилий. Что-то тут не чисто. Но боги сказали, так что иди и выполняй. Может и боги с ними заодно? Не успел я додумать эту мысль, как сверху прилетела очередная звездочка и больно врезала мне по голове. Все в карете сразу от меня отодвинулись, прижав друг друга к стенкам кареты. Я потер больное место на голове и мысленно извинился. Кто его знает, не затаят ли боги на меня обиду. Тем временем карета начала замедлять свой ход. Мы выглянули в окно, но это не было похоже на привал. Возничий первой кареты так и сидел на козлах, так что, скорее всего, кому-то приспичило в кустики. Мы тоже дружно сходили за карету, так что дальнейший путь до вечера продремали, поочередно меняясь на козлах возле возничего. Охрана есть охрана и никто с Вантилия и Зравшуна такие обязанности не снимал. Один раз какой-то зверь попытался напасть на кареты, но заводные лошади просто раскатали этого зверя по земле, нам даже не удалось разглядеть, что это была за тварь. Так что кареты, не снижая темпа, пронеслись мимо раздирающих кого-то коней. Ну, ничего, заодно и покушают.
* * *
Когда все немного успокоились, поинтересовался, забрали ли лук с поляны, а то жалко такой образец, да и сделали его очень хорошо, конечно, до зарубежных образцов он не дотягивал, все же делали его кустарно, а там, производство. Но, видимо какой-то из фирменных луков использовался как образец. Ну, понятно, что прицел сделали как на спортивном луке, просто и функционально. Оказалось, что забрали, и Зравшун даже разобрал его, так как запомнил всю последовательность сборки-разборки, когда я демонстрировал ему это. Мужики вертели алюминиевые стрелы. Поражало все, и легкая металлическая стрела, они уже их успели погнуть, и пластиковое оперение. Все гадали, из чего это сделано, на некоторых были видны следы зубов. Вот монстры, все на зуб пытаются попробовать. Но больше всего изумление вызвали хвостовики стрел. Те, как будто нарочно, были сделаны из яркого пластика, желтые, зеленые, красноватые, и все цвета так подобраны, что от них глаз оторвать невозможно. Раньше краски таких расцветок на автомобилях и одежде называли электрик. Вот этот электрик и притягивал взгляды всех без исключения. Меня начали пытать, из чего сделаны такие атрибуты стрел. Я как мог, врал. По моим словам выходило, что на оперение пошла шкура одного из животных у меня на родине, а хвостовики из костей этого же животного, только покрашены специальными красками. А что, врать, так врать. Пойди, попробуй, проверь. Я все еще чувствовал себя не очень, поэтому отпросился на козлы, чтобы подышать свежим воздухом. Меня отпустили, и я прямо на ходу перебрался к возничему. Тот сидел на широких козлах и, практически, дремал. Увидев меня, он встрепенулся, так как, видимо, одному сидеть скучно. Я поинтересовался, как мы едем, так как видел, что дорога отличается от той, по которой я несколько раз уже проезжал. Оказалось, что мы свернули на север сразу же, как только выехали из той самой рощи, где мы с Зравшуном
