держали меня на мушке, а один принялся обыскивать. Момент был подходящий, все насторожены, нервы на пределе. Вот я их и заставил по очереди наводить стволы друг на друга. Те ничего не понимали, но орали благим матом на своих подельников, когда те наводили на них свое оружие. Обыскивающий меня бандит дал добро, и мы направились к ним в машину. Дверь, за моей спиной аккуратно закрыли.
Через десять минут мы подъезжали к небольшому особняку, стоящему как-то обособленно в стороне от многоэтажек одного из микрорайонов. Машина въехала в открывшиеся ворота и меня выволокли из машины, немного посовещавшись, повели к входной двери. В это время из дома раздался душераздирающий крик, который тут же стих. Парни, сторожившие меня, переглянулись и, оставив одного приглядывать за мной, юркнули в двери особняка. Не прошло и минуты, как в доме кто-то громко выматерился, а потом раздался звук падения чего-то тяжелого. Мой сторож не выдержал и, ткнув меня пистолетом в спину, приказал подниматься на крыльцо. Я поднялся и, толкнув дверь, вошел в дом. Мой охранник шел в шаге от меня, но едва я прошел в дверной проем, как дал ему ментальную команду, держать на прицеле мой фантом. Тот так и двинулся мимо меня вглубь дома, я пристроился следом, нужно было выяснить, что здесь произошло. Все выяснилось уже на втором этаже. Прямо перед нами лежали разорванные останки человека. Что это не Арсений и ни Зравшун, я определил сразу, а значит, Фелидас сорвалась или ей помогли это сделать. На сколько я понимаю, сейчас она охотится на всех в образе волка. Как ни хорош я был, как маг, но мои глаза не смогли засечь, когда стремительное волчье тело вытянулось в полете и клыки вырвали горло того самого охранника, который думал, что ведет меня к своим боссам. Я негромко произнес имя герцогини. В яростных глазах Фелидас появился отблеск понимания. Я спросил ее на ее родном языке, есть ли кто-нибудь живой? Уж что-что, а типовые вопросы, хочешь-не-хочешь, а выучились сами, когда живешь окруженный носителями языка. Огромная волчья башка кивнула в ответ и, повернувшись ко мне хвостом, направилась по окружной балюстраде в одну из комнат. Я поспешил за ней, так как ее нужно было контролировать, а то, не ровен час, она может потерять рассудок, и тогда здесь в живых не останется никого и нам придется мериться силами с ней. В комнате обнаружился Зравшун. Он лежал без сознания и на его теле виднелись три пулевых ранения. Кровь уже слабо вытекала из ран, видимо его просто бросили здесь умирать. Я опустился перед ним на колени и, как мог, зарастил основные сосуды. Самая опасная рана находилась в районе легкого, две другие были в конечностях. Когда кровотечение остановилось, то я чувствовал себя как тряпка, об которую все вытирают ноги. Я не мог даже подняться с колен. Все же здесь, на Земле, мои способности мага несколько ограничены. Однако, что удивительно, как это я смог разглядеть сосуды в Зравшуне, ведь в прошлый раз, когда мы осматривали малыша Ликуры, я не смог проникнуть своим взглядом глубоко внутрь маленькой головы ребенка. Сейчас же я доставал до середины тела взрослого человека, а этого было вполне достаточно.
Мохнатая бошка помогла мне подняться с колен и стала подталкивать в сторону двери, видимо следует еще куда-то сходить. Если там еще один раненый, то меня на него просто не хватит. Фелидас уверено шла по балюстраде к следующей двери. Здесь картина просто ужаснула меня. Все было забрызгано кровью, из четырех человек, в комнате был только один живой. Он был примотан к стулу скотчем. В нем я узнал Арсения. Видимо не спасли его те крутые парни, что так лихо тыкали в меня автоматами в прошлый раз, когда мы встретились с Арсением дома у Ильи. Фелидас здесь явно порезвилась. В этой комнате была еще одна дверь. Герцогиня направилась к ней, Арсений на своем стуле замычал, так как его рот был заклеен тем же скотчем. Я кивнул головой, что прекрасно слышу его, но нам нужно убедиться, что все бандиты нейтрализованы. В комнате оказались вещи Фелидас, то есть ее здесь раздели. На меня опять накатило буйство, но Фелидас, учуяв мой адреналин, подошла ко мне и отрицательно покачала головой, затем она уверенно направилась к куче ее одежды и ткнув носом, указала мне на цепочку кулона. Я все сразу понял и, вытащив его из груды женской одежды, надел на шею Фелидас. Миг, и передо мной предстало великолепное голое молодое женское тело. Фелидас, в этот раз не стала стесняться своей наготы, а направилась к своим вещам и стала одеваться. Я хотел отвернуться, но мои глаза все время возвращались к лицезрению ее тела. Они жили своей, отдельной жизнью, независимо от моего разума. Вот, наконец, была одета последняя деталь женского туалета и Фелидас, прекрасно ощущая мою возбужденность, просто молча вышла из этой комнаты. Только сейчас я