Наш современник, будучи в горах, слышит довольно странные звуки. Пройдя на звук, он неожиданно вываливается в чужой мир. Его просят помочь, с этого момента и начинается его прогрессорство.
Авторы: Обатуров Сергей Георгиевич
о какой воде и речи быть не может. На этот раз при приготовлении еды воду экономили. Сделали нормой полтора литра на еду и пол литра на питьевую воду в течение дня. Зравшун заверил меня, что когда он бежал из дома деда, то здесь была цветущая роща. Да, прошло немало времени, за этот период изменились условия в этой зоне и солончаки стали наступать на эту землю уже довольно давно. Ночь прошла спокойно, ни зверей, ни какой-то другой живности кроме птиц не попадалось, поэтому спать легли, как и вчера, без ночного бдения. По словам Зравшуна, вскоре начнутся более обжитые хищниками места, вот там придется одному из нас постоянно дежурить в темное время суток. С другой стороны, можно считать, что половину пути мы уже преодолели. Дальше нам придется идти по неизвестному маршруту, дело в том, что Зравшун в своем побеге направился вдоль горной цепи, мы же, для того, чтобы вернуться в баронство, должны двинуться почти перпендикулярно от его прошлого маршрута.
На этот раз вышли очень рано, практически с восходом светила. Буквально двадцать минут на завтрак и в путь. Солончаковая почва проявлялась повсюду характерными белыми кругами обозначающими отложение соли на краю луж, после дождя. Я, по своему опыту знал, что если нас здесь застанет проливной дождь, то идти станет практически невозможно, Это будет такая грязь, что по ней невозможно двигаться, настолько она скользкая. Мы стремительно удалялись от приютившего нас на ночь леска. Хотелось пожелать ему пережить наступление солончаков. Пока был хоть какой-то ориентир, с пути мы не сбивались. Горы за спиной, а впереди бескрайняя равнина. Так мы и двигались по этой высушенной и просоленной равнине. Впереди только бескрайнее марево из желтой травы и все. Ни деревца, ни кустика. На ночь остановились прямо там, где нас и застала ночь. Поужинали и спать. Уже несколько дней мы пропускали обеды, не хотелось останавливаться под палящими лучами светила, да и спрятаться было негде. Ночь предоставляла небольшой отдых в первой половине ночи, а вот вторая высасывала все тепло, накопленное за день, что из нас, что из почвы и воздуха. Взятые из дома пуховики не спасали полностью. Если туловище еще согревалось, то ноги мерзли и вытягивали на себя все тепло. Утром спасал только горячий чай. Еду проглатывали, почти не замечая ее, она была горячая, но чай согревал как-то больше.
В этот день нам повезло, мы увидели вдали небольшое облачко, которое при приближении превратилось в небольшую рощу. Похоже, что солончаки заканчиваются. Вид рощи придал нам силы, и мы устремились к этому оазису. Хотелось немного отдохнуть и набраться сил, для дальнейшего пути. На этот раз нам повезло, это была крупная роща, в которой было решено хорошенько отдохнуть. Здесь можно было приготовить отличную ночевку, укрывшись под ветвями или сделать шалаш. Мы стремительно приближались к опушке, еще немного и мы оказались под сенью деревьев. Сразу захотелось бросить рюкзаки и упасть на мягкую траву под ногами, но перед нами стояло две задачи, которые нужно было решить до того, как мы отдадимся отдыху, это вода и место для ночевки. Оставив рюкзаки прямо там, где мы и вошли в рощу, мы разделились и направились обследовать место, куда смогли добраться. Мысленно разделив рощу пополам, мы устремились каждый в свой сектор. Чем быстрее мы найдем то, что нам в первую очередь необходимо, тем более качественным получится отдых. Я шел, забирая вправо, деревья, которые на опушке росли не так густо, постепенно уменьшали просвет между собой. Вскоре я уже с трудом пробирался сквозь заросли молодых побегов и низкорослого кустарника. Треск сучьев и шуршание ветвей по моей одежде должны были распугать всю живность, что обитала здесь. Внезапно я выбрался на большую открытую поляну почти круглую или эллипсовидную, так как я не мог разглядеть ее сверху, а с того места, где я стоял мои глаза видели почти идеальный эллипс. В середине этой поляны стоял знакомый пень. Так, ночлег мы имеем, даже если мне придется светить систему коммуникаций Закарита, Зравшуну. Как-нибудь обыграю эту ситуацию. Главное, это ему много не показывать, а то придется многое объяснять. Сейчас я могу представить это как какое-то заброшенное помещение, которое построил кто-то, неведомый нам. Можно даже демонов сюда приплести. Главное, чтобы Зравшун не стал забираться глубже, чем идет вентиляционная шахта. Подойдя и откинув пень, я убедился, что это вентиляционная шахта одной из веток того метро, по которому меня везло то транспортное чудо, куда меня посадил Закарит и загрузил своих родственников. Закрыв пень, я отправился дальше, вода все еще представляла проблему. Прочесав свой сектор, я вынужден был вернуться к рюкзакам, кроме поляны мне больше похвастать было нечем. Вскоре подошел и Зравшун.
