Наш современник, будучи в горах, слышит довольно странные звуки. Пройдя на звук, он неожиданно вываливается в чужой мир. Его просят помочь, с этого момента и начинается его прогрессорство.
Авторы: Обатуров Сергей Георгиевич
не стала нашей общей могилой. Воды осталось всего на один раз, а тут идти по жаре целый день, да еще в хорошем темпе.
Я предложил Зравшуну чередовать ходьбу и бег, тогда мы успеем покрыть большее расстояние за меньшее время, для нас основная задача, как я понял, выбраться из охотничьих угодий гарпа. У меня дома тренированные бойцы в таком рваном ритме проходят достаточно большие переходы, организм во время ходьбы успевает восстановиться. В первое время определим время бега и ходьбы по нашему попутчику, он у нас самое слабое звено, так что главное, не доводить его до отдышки. Сначала я буду следить за ним и давать команду на смену ходьбы или бега, руководствуясь его самочувствием. Когда выработается система, тогда буду ориентироваться по часам. Если еще учесть наши с Зравшуном рюкзаки, то мы все будем иметь одинаковую физическую подготовку с Вершителем.
* * *
Первые полчаса мы приспосабливались все и ко всему. Вершитель, как бегать в шлепанцах, которые мы ему, как могли, примотали к ногам. Мы, как нам бежать с рюкзаками за спиной. Рюкзак, он очень хорошо сидит на спине, когда ты его несешь обычным шагом. Элементы разгрузки фиксируют его на поясе несущего, так что лямки только для того, чтобы он не кувыркнулся со спины назад, но вот бежать с ним, это сущая пытка, он, за счет своей массы, имеет неплохую инерцию и раскачивается, полностью мешая нормальному бегу, тебя, как бы бросает из стороны в сторону. Приходится применять неимоверное усилие, чтобы телом погасить часть инерции рюкзака. Я на бегу подтянул ремни на своем рюкзаке, а потом, также на бегу, показал, как подтягивать ремни разгрузки Зравшуну,
Все, как манну небесную, ждали мою команду, «шагом». Я все еще подбирал оптимальный режим соотношения времени бега и ходьбы. Сейчас мы бежали четыре минуты и шли шагом две. По Вершителю было видно, что это его предел. Видимо он давно перестал заниматься своим телом, а полностью отдался той работе, которую выполнял в братстве. Глядя на его фигуру и поведение, в голову приходила только одна профессия — кладовщик, но его слова о том, что его сюда заманили, чтобы убить, говорили о том, что он каким-то образом близок к руководству братства. Напрашивалась аналогия с каким-нибудь администратором.
Тем временем мы уже потеряли из вида ту самую рощу, где ночевали прошедшую ночь и где нас практически оставил без мяса хозяин этого участка Диких земель. Сейчас все решало то, успеем ли мы убраться с его территории, или нет. Он поест, отдохнет, и только потом пойдет разбираться с наглецами, вторгшимися к нему в гости. Гости в очередной раз перешли на шаг и тяжело дыша, восстанавливались после бега. Как ни странно, но такой темп пока поддерживать удавалось. Даже наше слабое звено умудрялся не отставать на беговых участках, а вот при ходьбе ему это не удавалось и нам приходилось слегка сбавлять темп ходьбы, но такие потери времени были крохотные, по сравнению с выигрышем расстояния при беге.
День уже давно перевалил за полдень, приближалось время, когда мы, либо выберемся на чужую территорию, куда не сунется каменный анахронизм этого мира, либо нам придется вступать с ним в борьбу. Чтобы им всем не вымереть вовремя, так нет, несколько особей осталось. Если бы нам не встречаться с такими монстрами как этот самый гарп, да карисаны, то и жизнь в этом мире напоминала бы рай. Хотя нет, еще же остались красивые цветочки-убийцы и много чего еще, что мне неведомо. Нужно было родиться в этом мире, чтобы на протяжении своего взросления получать дозированную информацию, что можно есть, куда можно ходить, что можно брать. Я потряс головой, какие-то дурные мысли лезут в голову. В это время закричал Зравшун, мы с Вершителем оба встрепенулись. Зравшун только и смог прохрипеть, что нам нужно срочно бежать. Я даже спрашивать не стал, нужно, значит нужно, и рванул за Зравшуном, сзади послышались знакомые шлепки шлепанцев по пяткам нашего слабого звена. Мы неслись как угорелые, Зравшун предложил очень высокий темп, а ведь мы не успели восстановиться от предыдущего бега. Но Зравшуну виднее, да и Вершитель не отстает, видно что-то такое происходит. В таком темпе мы пробежали метров пятьсот, перед глазами уже начали летать черные мушки, когда Зравшун прохрипел, — все, — и повалился на траву. Я рухнул рядом, а затем рядом повалилось еще одно тело. Мы все дышали как загнанные лошади. Я дотянулся до бутылки с остатками воды. Полтора литра неприкосновенного запаса еще плескались в пятилитровой бутыли, а здесь осталось не больше полулитра, но сейчас нам вода была нужна как воздух. Я отхлебнул свою долю и протянул Зравшуну, тот все понял без слов и, выпив половину,
