Наш современник, будучи в горах, слышит довольно странные звуки. Пройдя на звук, он неожиданно вываливается в чужой мир. Его просят помочь, с этого момента и начинается его прогрессорство.
Авторы: Обатуров Сергей Георгиевич
безоговорочно перешли на новый материал. Я открыл было рот, чтобы посоветовать разукрасить такую посуду и покрыть ее глазурью, делать которую я совершенно не умел, но вовремя закрыл его. Ну, что я могу предложить им в этом плане?. Моя память подкидывала, что глазурь, это стекловидная масса, которой покрывают посуду и еще раз обжигают в печи.
Но, до глазури дело не дошло. Я недооценил цепкость разума аборигенов. Это была не глазурь, а какой-то растительный сок, но эффект от его применения превзошел все, что я мог только ожидать. Мне показали, как сок одного из растений, тягучий как мед, окрашивает белую посуду в синий, фиолетовый и даже в красный цвет. Все зависело от времени контакта посуды с этим соком, но самое интересное, что после термообработки сок застывал не хуже, чем наша глазурь. Как много неизвестного и интересного в мире растений. Я осмотрел следующий склад, где хранилась расписанная посуда, покрытая тонким защитным слоем. Вот теперь я действительно поверил, что наша идея с герцогством имеет право на существование, и не только на существование самой идеи, но и на практическую реализацию нашего плана. Теперь дело было за малым, нужно было выбрать самый красивый комплект посуды и упаковать его так, как упаковывают у нас на Земле или удастся сделать упаковку так, как это делают местные. Хоть я ни разу не видел, чтобы кто-нибудь, кому-нибудь, что-нибудь дарил, тем более в упаковке. Но после расспросов оказалось, что раз в год все делают друг другу подарки. Это День Возрождения, когда в этом мире прорастают первые цветы, причем настолько невзрачные, что я их сразу заочно полюбил, ведь я уже знал, что такое красивый цветок в этом мире. Упаковку делали из огромных листьев, отдаленно напоминающих лопух. Некоторые умельцы умудрялись складывать лист так, что подарок внутри получался как бы в коробочке. Потом лист выставлялся под лучи светила и через несколько часов высыхал так, что действительно, напоминал коробку. Правда, чтобы достать подарок, приходилось разламывать сам лист, но, все равно, остатки листа не выбрасывали, а хранили, как и сам подарок. Мои мысли заметались под темечком. Вот! Вот оно! То, что нужно! Я кинулся к мастерам, работающим с деревом. После нескольких десятков минут спора мы остановились на том, что они делают деревянную форму, состоящую из двух частей, нижней, и верхней, которые входят одна в другую с большим зазором. Мастеровые пытались объяснить мне, что они сделают все так, что формы будут входить друг в друга очень плотно, есть у них такой опыт, но мне нужно было обратное, так что крики и споры касались именно этого момента. Я, в глазах этих людей, был великим мастером, и они очень хотели мне угодить и показать, на что они способны.
Наконец споры улеглись, и я распрощался со столярами, которые напоследок все же ввернули, что если бы плотно, то они бы это сделали за пару дней, а так, вечером можно будет забирать десять одинаковых двойных форм. Я развернулся и от восторга обнял всех по очереди. Они еще даже не догадываются, что у нас начал разворачиваться холдинг по изготовлению и реализации дорогостоящей посуды. Теперь нужно придумать, как разукрашивать листья, до сушки или после, но это можно будет решить и опытным путем. Моя идея состояла в том, что мы будем сушить листья в несколько рядов на тех самых формах, которые я заказал у столяров. Листья образуют верхнюю и нижнюю часть упаковки для посуды, и останется только уложить керамические изделия, хоть это и не керамика, в нижнюю часть коробки и накрыть ее верхней частью. И транспортировать удобно и при продаже это нам зачтется. Для короля нужно сделать такую коробку большой и прочной, что можно добиться армированием гибкими веточками. Мой план, который нужно, наверное, было назвать бизнес-планом, принимал все более и более законченный вид.
Два дня у меня ушло на то, чтобы отладить производство тары для посуды. Параллельно с этим изготавливалась тара для короля. Мои мысли были заточены на то, чтобы создать коробку, куда бы мы уложили полный комплект на двенадцать персон. Тем временем художники-оформители посуды рисовали герб баронства. Я не стал долго думать, а использовал изображение нагрудного знака барона. После долгих расспросов баронской четы выяснилось, что и король носит подобный знак, но большего размера и с несколько иным рисунком. Рисунки разрабатывали маги, вкладывая в них какие-то свои идеи и магическую силу. Я решил не использовать магию, а просто скопировать рисунок, так чтобы мы смогли поместить его на соответствующие участки посуды.
Через пять дней на столе у барона красовалась посуда, с которой не стыдно было бы есть и самому королю, но гербы на ней были баронские. Упаковка получилась хорошая, излишки листьев, выходящие за край формы,
