Наш современник, будучи в горах, слышит довольно странные звуки. Пройдя на звук, он неожиданно вываливается в чужой мир. Его просят помочь, с этого момента и начинается его прогрессорство.
Авторы: Обатуров Сергей Георгиевич
с ними?
— Ну, не знаю, я привыкла, когда меня охраняют. За годы это входит в привычку. Кроме того, они просто приставлены ко мне.
— Простите, не знаю Вашего имени и отчества, но Ваши люди очнуться тогда, когда в этом возникнет необходимость. Сейчас Вы находитесь у меня дома и я, как хозяин, обеспечиваю Вашу защиту.
— Что, будете защищать меня с клинками в руках?
— Ну, могу и с клинками в руках, но Ваши люди были вооружены огнестрельным оружием, так что я не стал бы в такой ситуации ставить все на колюще-режущее оружие. Суворов хоть и говорил, что пуля дура, а штык молодец, но от автоматной очереди очень трудно увернуться, да еще на ограниченном пространстве.
— У меня складывается такое впечатление, что Вы воевали.
— Воевал, не буду спорить, но не так, как Вы думаете. Считайте, что я скорее, военный врач, чем воин, но с клинками могу дать фору некоторым фехтовальщикам. Но давайте не будем отвлекаться, я понимаю, что Вам страшно решиться на такое лечение, но ничего другого я предложить не могу, просто это моя методика лечения. Если у Вас есть немного времени, то я могу продемонстрировать Вам мою методику на себе. У меня имеются две раны, которые я готов вылечить прямо на Ваших глазах. Я не лечил их потому, что мои целительские силы были зарезервированы для Вашего лечения.
Женщина задумалась, а потом решилась, — А давайте! Продемонстрируйте мне вашу силу.
— Ну хорошо, но тогда Вы потеряете один день из тех, что я озвучивал, ведь я вынужден буду использовать часть своего резерва.
— Не выкручивайтесь, есть раны и Вы их лечите на моих глазах, никаких выкрутасов. Показываете рану и начинаете ее лечить, потом следующую и лечите. Только мне нужно оценить Ваши раны и убедиться, что это не обман или иллюзия.
— Да оценить их легко, достаточно взять ножницы и вставить их в рану. Вот представьте, что если Вы с другой стороны увидите концы ножниц, то это Вас убедит?
— А это не будет иллюзией? Я не хотела бы быть обманутой.
— Ну, я не знаю, что Вас еще может убедить. Может Вам нужны какие-то свидетели? Ваши люди подойдут для того, чтобы Вы смогли окончательно убедиться? С другой стороны, если Вы мне не верите, то Вы спокойно можете покинуть мой дом со своими людьми. Я не искал Вас, скорее, это Вы нашли меня, так что решайтесь на что-то, а то так у нас просто течет время, которое я мог бы использовать и на что-то другое. Раны мне, все равно лечить, под Вашим контролем, или просто так, так что давайте, решайтесь на что-нибудь, Вы же ничем не рискуете.
— Что значит ничем?
— Ну, денег я с Вас не беру, в лечении за рубежом Вам культурно отказали, мне, когда-нибудь все равно нужно лечить свою руку, вот и давайте остановимся на каком-нибудь варианте или просто распрощаемся. Сейчас, десять утра, а Ваши люди появились в пять утра, вот и считайте, что я уже пять часов занимаюсь Вашей проблемой, а воз, как говориться, и ныне там.
— Нет, я не могу так рисковать. Возвращайте мне моих людей и я ухожу.
— Что, и чаю не попьете. Это не анекдот, это я гостеприимство проявляю. А люди Ваши под дверями стоят, сейчас дом штурмовать будут. Если начнут, то накажу, мне еще здесь перестрелки не хватало.
— Сейчас, я им позвоню и дам отбой, а Вы пока приготовьте Ваши документы, я наведу о вас справки.
Она позвонила по сотовому и, действительно, дала отбой своему подразделению. Ох, не простая женщина! Я вытащил свое удостоверение, подал ей и признался, что меня задерживали за ношение холодного оружия, но потом отпустили и выдали разрешение на ношение и хранение моих клинков и метательных ножей.
Из под шарфа раздалось ироничное хмыканье. Я достал и разрешение, выданное мне в милиции. Женщина рассмеялась и призналась, что впервые видит разрешение на хранение и ношение сабель и метательных ножей, но соткой сфотографировала оба документа и встала, собираясь выходить. Я тоже поднялся со своего кресла и направился к дверям.
* * *
Мы спустились по лестнице и вышли во двор. Вся четверка ждала нас настороженно, но оружие было опущено. Женщина повернулась к одному из своих людей и, протянув руку, бросила в пустоту, — два метательных. — Тут же ей в руку вложили два метательных ножа, причем, она так резко забрала ножи, что прилично располосовала себе ладонь. — Мишень. — Прозвучала вторая команда, и один из бойцов отбежал шагов на пятнадцать и установил на газоне свою фляжку. Женщина дождалась, пока боец вернется, и метнула один из ножей. Нож пробил фляжку и отбросил ее еще на пару метров. Женщина подала мне второй нож, который я тут же и метнул в ту же фляжку.
