Наш современник, будучи в горах, слышит довольно странные звуки. Пройдя на звук, он неожиданно вываливается в чужой мир. Его просят помочь, с этого момента и начинается его прогрессорство.
Авторы: Обатуров Сергей Георгиевич
деле это чистейшей воды криминал, но и в его кристально честную душу я не верил. Тот еще немного пожевал губами, как бы разговаривая с самим собой, а потом рубанул. Оружие будет завтра, но, он хочет расчет такими же монетами. Я поинтересовался, во сколько монет мне это выйдет. Здесь уже цену диктовал он, так что я мог лишь торговаться. Для себя я решил придерживаться обычной цены на золотой лом. Однако тот меня удивил, и он менял оружие на восемь монет, которые он оценил немного ниже, чем в прошлый раз. Я сделал попытку торговаться, но для себя решил, что это то, что нужно. Наконец мы ударили по рукам. Было видно, что он доволен сделкой, так что была надежда, что не обманет. Расчет договорились произвести возле домика лесника, ориентировочно в первой половине дня. Договорились, что я позвоню и встречу машину.
* * *
Как только рассвело, мы начали собираться. Кто бы удивлялся! Зравшун пришел, нацепив всю сбрую с клинками. Я, в принципе, не возражал. Возражала полиция, о чем я и сказал Зравшуну. Нужно было спрятать перевязь с клинками, как минимум, до гор, а лучше всего, до места перехода. Вот как будем на той стороне, так можно и экипироваться. Моя сабля ждала меня в телеге, если ее, конечно, никто не нашел, пока лошадки отсутствовали. После завтрака и затаривания наших мешков едой из холодильника, мы отправились на остановку. Зравшун, поездки на городском транспорте уже стал воспринимать, как должное, так что после очередной пересадки, мы стали подниматься в горы. Мотор автобуса натужено гудел, но это, не шло ни в какое сравнение с теми автобусами, которые ходили здесь раньше. По сравнению с ними, мы просто неслись в гору. Автобус трогался с места мощно и плавно. Сегодня опять предстояло выходить на лесничестве. Для лесника мы уже стали своими в доску, как говорят у меня на работе. В глазах Зравшуна появилось узнавание. Местность действительно, была уникальной, да и мост через небольшую горную реку ни с чем не спутаешь. Мы вышли на нашей остановке и распределили поклажу. На этот раз Зравшун шел в моих старых горных башмаках, Хорошо размер ноги у нас, почти одинаковый.
Закинув нашу поклажу на спину, мы отправились к кордону. Зравшун, да и я, напоминали небольших ишачков. Его коробки с китайской лапшой возвышались над нами, сантиметров на семьдесят. Все остальное было уложено в рюкзаки. Минут через пятнадцать, Зравшун понял, что не все так легко в жизни альпиниста, да даже простого туриста. Воздух с шумом вырывался из его легких. Пришлось остановиться и перераспределить поклажу. Теперь я был похож на простого китайца, несущего добро своего мандарина. Меня из-за коробок видно не было. Но, я ведь обещал Зравшуну, что снабжу его, как минимум, пятью коробками с такой лапшой, что мы ели по дороге от замка к месту перехода. Не его вина, что он не может донести свою часть поклажи до домика лесника. Все-таки он воспитан на другой силе тяжести, а это сильно отражается на работоспособности организма. Да и ходить по снежным тропам в горах надо уметь. Так что я добрался до нашей первой точки, дыша ничуть не лучше, чем Зравшун. Однако на этом наши мучения с подъемом прекращались, так как вскоре должны были привезти оружие, и мы начнем погрузочно-разгрузочные работы с закупленным товаром. Сбросив на землю коробки с лапшой, я позвонил Арсению Петровичу, тот взял трубку сразу. Узнав меня, он передал трубку кому-то из своих людей. Там долго расспрашивали, куда доставить товар, хотя я, в прошлый раз, нарисовал подробный план. Наконец я понял, что мне придется выйти на основную трассу и встречать машину с грузом. Хорошо, что до ее приезда было около полутора часов. Я загрузил коробки с лапшой к себе на загривок и направился по дороге к месту перехода. Мной было принято решение не терять напрасно время, а отнести то, что на нас навешано к телегам, и привести оттуда лошадей.
Переход прошел нормально, Зравшун не потерялся, даже веревки не потребовалось. Мы вывалились из тумана и, испытав неимоверное облегчение от смены силы тяжести, направились к телегам. Те стояли там же, где мы их и оставили. Сгрузив на них поклажу, я стал высвистывать коней. Зравшун смотрел на меня как на какого-то демона. Видимо у них тут не подают сигналы свистом, но это уж их проблемы, зато не прошло и десяти минут, как послышался дробный топот и к нам выскочили наши кони. Я пошел к ним расчесывать гривы и гладить по мордам. Почему-то местные жители не баловали своих коней лаской и заботой. Кони исправно несли свою службу, но вот доверительных отношений у местного населения с лошадьми не было. Если честно, то меня это мало волновало, главное, что лошади во мне души не чаяли, да и я в них, так что любовь
