Наш современник, будучи в горах, слышит довольно странные звуки. Пройдя на звук, он неожиданно вываливается в чужой мир. Его просят помочь, с этого момента и начинается его прогрессорство.
Авторы: Обатуров Сергей Георгиевич
в глаз убил наемник. После этого Зравшун получил очень сильное сотрясение мозга и перелом руки, но его смог вылечить ехавший с ним лекарь. Так что никакого криминала она, как представитель магов лекарей, не видит. Наемник приготовился выполнить свою работу, а то, что он заранее распрощался с жизнью, так ведь и противник у них был очень серьезный, если собравшиеся понимают, о чем она говорит. Собравшиеся понимали. Бой с карисаном, это всегда размен один к одному. Пока они переваривали легкий подзатыльник, который им отвесила в этой дискуссии Ликура, та продолжила. Она сообщила, что эти два молодых человека не просто убили карисанов, но и привезли их туши в замок, так что ее доклад на ближайшем Большом Ковене, будет весьма интересным. Отвисшие челюсти были ей ответом.
Серигей, — обратилась ко мне Ликура, — какую цену ты назначил наемнику за сопровождение и охрану тебя в пути?
Две золотые монеты.
А сколько заплатил?
Пять золотых.
А почему так много?
Так ведь наемник сделал свою работу очень хорошо, вот и получил премию, за качество.
Вы удовлетворены? — Повернулась Ликура к председателю этого Ковена. Тот сидел и ждал, не накажут ли кого боги. Но нет. Не было никаких проявлений божественного недовольства. Наконец он кивнул, так как слов, видимо, не было. Но потом спохватился и напомнил, что саблю они не отдадут, а отвезут ее Картжолу. Зравшун на это никак не отреагировал, продолжая молча сидеть рядом со мной.
Пауза затянулась. Наконец председатель поднялся, его голос скрипуче разнесся под сводами этого помещения. Он согласился с доводами, как обвинения, так и защиты. Выяснил, что относительно нового лекаря не было никакого обмана или подтасовывания фактов, боги тому свидетели. В отношении провинившегося сына Картжола пока никакого обвинения выдвинуто не было, но желание такого влиятельного человека, как его отец, следует уважать и выполнять, тем более, что теперь два эти разбирательства потянут за собой целую цепочку событий. Учитывая то, что я являюсь учеником такой знаменитой колдуньи в области лекарства, как Ликура, то Ковен постановляет, отправиться ей и ее ученику к правящему дому Аштор, так как там возникли некоторые проблемы со здоровьем уважаемой Фелидас. Местные лекари и лекари из столицы не смогли ничем помочь. Своеобразным наказанием уважаемому Зравшуну будет сопровождение магов и, как ни странно, своего оружия, о чем свидетельствует глава Малого Ковена перед богами и людьми. Опять раздался низкочастотный гул. Кроме того для меня, как подающего большие надежды целителя, разрешено повысить магическую планку ограничений до выше среднего. Хорошо это или плохо, я не знал, но после такого суда, что хочешь, примешь с радостью, тем более, что остался жив, а это главное. Внезапно со стороны обвинения прозвучало, что они не согласны, так как наказание для Зравшуна не соразмерно со степенью его вины. Ликура, Зравшун и даже председатель, с удивлением посмотрели на двух обвинителей, но как оказалось, не только мы. Сверху прилетел сгусток огня, и мы смогли лицезреть, двух совершенно голых магов. Те бегом выскочили из лаборатории, сверкая голыми задницами. Правильно, пусть в следующий раз думают головой, а не тем местом, на котором сидят и которое так ярко сверкнуло в дверном проеме.
* * *
Мы с Зравшуном продолжали сидеть, так как я вообще ничего не понимал в этом судебном разбирательстве. Толи наказали, толи похвалили, было непонятно. Хотя, Зравшун же лишился фамильного оружия. Я скосил глаза на него и приготовился делать то, что и он. Видимо все присутствующие знали, как вести себя на такого рода собраниях, так что я решил инициативы не проявлять. Двое магов уже, так сказать, покинули нашу теплую компанию. Остальные продолжали молча сидеть. Наконец старик поднялся со своего места и, поблагодарив богов за терпение и справедливость, объявил Малый Ковен закрытым. Оставшиеся маги тоже поднялись со своих мест и последовали на выход за председателем. Зравшун продолжал сидеть, а значит и я остался на своем месте. Дверь за магами закрылась, и мы остались в помещении одни.
Так продолжалось минут пять. Сам я не понимал, почему мы не можем встать и выйти из Ликуриной лаборатории, ведь все уже закончилось. Звенящая тишина напрягала. Внезапно в комнате раздался хорошо поставленный голос. Это было настолько неожиданно, что я подпрыгнул на своем стуле. Оказалось, что ничего еще не кончено, и присутствие магов, как обвинения, так и защиты было простой формальностью. Суд вершили боги. Старик, обратившись к ним из этого сакрального места, запустил процесс судебного
