все же с нами поедет баронесса. Конюхов подняли среди ночи и они готовили тягловую скотину и стаскивали заранее нагруженные телеги к месту сбора. Собрались еще не все, да и без госпожи караван не двинется с места. Я хлопнул себя по лбу. Ликура. Ведь ей нужно помочь, она же пойдет с ребенком, а кто же понесет ее вещи? Оставив свой рюкзак в телеге, я припустил обратно к покоям барона. Вбежав на крыльцо, я доложил охране, что направляюсь к баронессе. Стража была предупреждена, да и кто меня не знал здесь, после той славной битвы за баронский замок? Меня без разговоров пропустили, и я поспешил к управляющему. Тот, завидев меня, махнул, подзывая, рукой и повел в обеденный зал. Оказалось, что семья барона завтракала. Мне указали на стул и поставили передо мной большую глиняную миску с похлебкой. Я ее оценил, тем более, что сам то, не позавтракал. Я быстро стал догонять едоков, так что к концу трапезы, я оказался с ними наравне. Затем принялись собираться. Оказалось, что все было уже заготовлено вчера и баронессе оставалось только одеться самой и одеть сына. Мы перетаскали несколько котомок, часть из которых была легкая, а часть тяжелая. В телеге я засунул все тяжелые котомки в свой рюкзак, так что он получился туго набитым, а легких котомок осталось две. Это хорошо, их можно будет нести их в руках или закинуть поверх моего рюкзака за спину, если мне понадобятся свободные руки. Для баронессы не предусматривалась карета. Мы с ней поедем как простые крестьяне в телеге.
Наконец был подан сигнал выдвигаться, и караван тронулся в путь. Нашу телегу тащили две лошадки из тех, что сопровождали нас в моем первом походе. Черного не было, он входил в тягловую силу баронской кареты, но эти лошадки с первого дня дали мне понять, что они полностью в моем распоряжении. Я, как и раньше, расчесывал им гривы, и они были страшно рады этому. Ликура только ухмылялась. Однако не могла не признать, что наша телега ехала ровнее всех. Не подскакивала на ухабах. Лошадки выбирали хорошую дорогу даже в ограниченном пространстве наезженной дороги. Ликура несколько раз в день кормила малыша. Он еще сосал грудь, так что ровное неторопливое движение было ей только на руку. Когда она хотела отлучиться или просто пройтись, то с мальчуганом оставался я. Где-то на второй или третий день я стал замечать неладное. Мне казалось, что ручки ребенка не сразу находят игрушку, что он как-то странно реагирует на то, когда его берут на руки. Как будто только потом определяет, кто его взял, я или его мать. На очередном привале я и сказал Ликуре, что с ребенком что-то не так. Описал симптомы, которые заметил у малыша. Та тяжело вздохнула и согласилась, что да, есть проблема, а именно, ребенок родился слепой. Я аж кашей чуть не поперхнулся. Стал возмущаться, предлагал вместе начать лечение. Ликура опять тяжело вздохнула и успокоила меня сообщив, что магией можно лечить только то, что было. То есть восстанавливать повреждения, а вот то чего нет, лечебная магия создать не может. Так что всех наших умений не хватит, чтобы вылечить слепого наследника баронства. Я, как мог успокоил ее и пообещал, что мы обязательно сходим в моем мире в больницу и пройдем все обследования, чтобы выявить причину такого заболевания. Ликура со мной соглашалась, но по ее виду было понятно, что она давно смирилась с этой проблемой у сына.
Так мы и ехали оставшиеся два дня подавленные этой страшной вестью. На ночь останавливались на заранее подготовленных площадках. Разведчики, ехавшие впереди каравана, ближе к вечеру подыскивали подходящее место для ночевки и сообщали через посыльного караванщикам, а сами принимались собирать хворост для костра и расчищать территорию. На четвертый день мы намерено отстали от каравана, а когда он скрылся вдали, то направились к тому месту, где мы впервые и встретились с Ликурой. Уже вечерело, поэтому мы решили провести ночь здесь, в этом мире, а завтра с рассветом двинуться в мой мир. Коней распрягли, и Ликура поговорила с ними. Они будут ждать нас здесь. Телегу спрячем так, чтобы она не бросалась в глаза проезжему люду. Кони должны будут раз в два дня приходить сюда. Как только мы вернемся, то сразу же отправимся обратно домой. Кони мотнули головами и, потершись носами о мое плечо, унеслись кормиться. Сегодня они с нами переночуют. Будут охранять, а вот с завтрашнего утра они в отгуле.
Мы с Ликурой и ее сыном сходили к братскому погребальному костру. Все прогорело, было только черное пепелище. Постояли, помянули павших воинов. Все же парням Вантилия не повезло. Встретить наемных убийц в таком же количестве, что и сами. У них не было ни единого шанса, Вернулись к нашей стоянке, а я еще немного побродил по месту где происходил бой между охраной каравана и подосланными убийцами. Как мне потом рассказали в замке
