Отпуск в маленьком немецком городке, знакомство с женщиной, потерявшей память, таинственный красавец, уроки айкидо… Владелица «Бюро семейных расследований» Настя Голубкина вступает в очень опасную игру по чужим правилам. Сначала она мечтает выиграть, потом — уцелеть… Чужое безумие идет за ней по пятам и кажется, что этому не будет конца. Однако, финал истории близок и он удивит всех.
Авторы: Саморукова Наталья
на первый взгляд. Сначала подруга семьи надеялась, что проблема рассосется сама собой, но, кажется, все только усугублялось. Привычный распорядок жизни неуловимо менялся, грозя лишить Катарину спокойствия. Дело в том, что ситуация с соседом-любовником ее устраивала. Она не хотела замуж, но ей нужен был мужчина, надежный, проверенный, не притязающий на ее независимость. Как следует все проанализировав, она решилась поговорить с Альфредом. Но не успела.
— Разговор она запланировала на вторник, но Полингеры не отвечали на звонки. Они не появились и на следующий день. Женщина забила тревогу.
— Марко, послушай, это же очень маленький городок, там все на виду. Неужели тем вечером, когда она исчезли, она ничего не заметила? И вообще, тебе не кажется странным, что она так долго молчала?
— То, что она молчала, совсем не странно. Это же немецкий пригород. Здесь считается дурным тоном лезть за чужой забор даже образно. И потом, открыв немецким полисменам всю правду, она бросала тень на себя. Ведь Катарина — самая близкая знакомая четы, а тут тоже в ходу пословица — с кем поведешься, от того и наберешься. В тот вечер она видела лишь машину самих Полингеров. Около двадцати часов автомобиль выехал в сторону основной магистрали. Ничего подозрительного в этом не было. Кто сидел за рулем — соседка не знает, у Марты и Альфреда две машины, одна из них — большой джип с тонированными окнами. Именно он в тот день и отъехал от ворот особняка.
— Какие соображения? — задала я Марко вопрос, способный занять призовое место на конкурсе бестакностей. По розовой, в голубую клетку скатерти к моей десертной тарелке упрямо ползла козявка. Я ее отпихивала, но она методично возвращалась к точке старта. Хотелось стукнуть по ней ладонью и решить вопрос кардинально. Может быть, с этого все и начинается? Сначала козявка… а потом? В мире каждую секунду совершается миллионы убийств, лишь незначительная часть которых попадает под определение преступных. Насилие правит миром, насилие во всех его проявлениях. Что же удивительного в том, что в наш век информационных технологий все большее количество людей пытаются сделать из насилия культ? В изоляции монстры, живущие в голове, имеют куда меньше шансов отправиться в самостоятельное путешествие. Но когда есть аудитория, когда есть благодатная среда, когда монстры из одной головы запросто ходят в другую… О, куда меня занесло.
Марко молчал. Лениво скользя взглядом по хорошенькой официантке, он думал о чем-то своем, мой вопрос совсем его не задел. Лишь минут через пять, изучив все выпуклости сдобного девичьего тела, он перевел взгляд на меня.
— Так о чем вы, Настенька?
— Проехали, — великодушно простила я ему временную нетрудоспособность.
Федоткин, первый раз по серьезному отпущенный на волю, пребывал в состоянии, близком к оргазму. Наверное, из него получится хороший сыщик. Он ловил от этой грязной работы кайф. Все неприглядные ее особенности и подробности словно не замечал. Они были для него чем-то абстрактным. Тем, что существует лишь в пространстве данного конкретного дела и не имеет никакого отношения к жизни за бортом нашего маленького судна под названием «Бюро семейных расследований». Что ни говори, а он принадлежал к совсем другому поколению. В нашем с Гришкой детстве не было интернета, способного приучить к правде жизни, не было даже триллеров, где каждые пять минут проливается ненастоящая, но очень правдоподобная кровь.
— Анастасия Петровна, я к вам с отчетом, — стажер смело переступил порог моего захламленного номера. Живу здесь второй день, а уже черт голову сломит. Видимо правы психологи, уверяющие, что внешний хаос — лишь отражение внутреннего.
— Вань, ты оставь бумаги, я посмотрю. А лучше, если скинешь мне файл
— Какой файл? О чем вы? Я должен сделать комментарии по всем позициям. Иначе вы ничего не поймете. Во сколько едете в клуб? Через час. Хорошо, я буду краток.
Вывалив на меня ушат фактической информации, вплоть до группы крови потерпевших и размеров их обуви, Федоткин гордо откинулся на спинку дивана, ожидая вопросов, которых у меня не было.
В расследовании наступил тот критический момент, когда количественные методы уже не работали. Требовался прорыв. Идея. Мы ждали ее от Марко, но он сам неожиданно впал в растерянность. Ходил, точно больной, постоянно держась за голову. Что там творилось, под шапкой рыжих волос? Для него расследование было сюжетом новой книги. Для нас — реальностью, в которую мы погрузились помимо своей воли и из которой по своей воле уйти не могли. Если мы не поймаем этого Демона, он будет вечно преследовать нас. Мы с Гришкой очень хорошо это понимали и боялись.
