Алексей Мызин — никто. Ничтожная зарплата, скучная работа, долги… И вдруг все заканчивается. Вернее — начинается. Мызину предлагают работу на Правительство. Непонятный контракт, но — очень серьезные деньги. За что? Да ничего особенного. Просто Алексею невероятно повезло: он — Проходимец. То есть обладает редчайшей способностью — проходить через Врата между Мирами. И проводить караваны.
Авторы: Бердников Илья Владимирович
Ками, пользуясь передышкой, начала выворачивать карманы лежащих на полу трупов. Я, предпочитая оставить ей это малоприятное занятие, все-таки подошел к окну, осторожно выглянул.
Совсем недалеко от дома стояла «Скания», из выдвинутой до отказа башенки на ее прицепе лупил куда-то хорошо различимыми в этот серый пасмурный день трассерами спаренный пулемет.
Внезапно рация в моем ухе ожила, заставив меня дернуть головой от неожиданности. Одновременно с этим с улицы пришла ударная волна, разбившая стекла окна и донесшая басовитый звук взрыва.
— Хватит тратить патроны, Саня!!! — орал в моем многострадальном ухе голос Данилыча. — Да накрылись они уже!!!
— А тех крошить? — перепугано-изумленно отозвался голос Санька.
— Нет, — рявкнул Данилыч. — Они уже отваливают! Говорю: патроны береги…
— Данилыч! — завопил я радостно.
— Леха?! Леха, вы где?!
Я сорвал жалкую занавеску и лихорадочно замахал из окна этим импровизированным флагом.
— Мы здесь немного замурованы на втором этаже: Ками коридор обрушила.
— Вот чертова девка! — удивленно проговорил Данилыч. — Погоди, я сейчас под ваше окно подъеду…
«Скания» тронулась с места и, исполнив виртуозный маневр, встала под окном, так что крыша прицепа оказалась лишь на какой-то метр ниже подоконника. Я распахнул створки рамы, мельком взглянув на сидящего в поднятой над крышей прицепа башенке Санька. Штурман кивнул мне, не отрываясь, впрочем, от рукояток спаренного металлического чудовища. Тем не менее его рожа расплылась в улыбке, когда за мной и неуверенно двигающимся Нэко на крышу прицепа спустилась Ками, все-таки нашедшая так нужную нам информационную панельку. Ками, однако, никак на Санька не отреагировала: она помогла мне спустить Нэко в небольшой люк в крыше и юркнула следом за ним, оставляя отважного пулеметчика глупо хлопать глазами.
Я, живо окинув взглядом жутко развороченный фасад нижнего этажа бара и чадящий рядом с ним какой-то автомобиль, размером примерно с микроавтобус, ловко спустился вниз и задвинул за собой толстую крышку люка, чуть не прищемив при этом хвост шмыгнувшей в последний момент в люк Мане: Данилыч так рванул автопоезд с места, что тут было не до осмотров местности.
Практически не различая ничего при свете тусклой лампочки, освещавшей внутренность прицепа, я предпочел не отпускать ступеньки лестницы, по которой только что спустился: прицеп немилосердно швыряло из стороны в сторону и подкидывало.
— Ну что, — спросил я у сидевшего на полу прицепа Нэко, вцепившегося в какое-то ребро жесткости скованными пластиковой лентой руками. — Прогулялся по барам? Как успехи?
Нэко повернул ко мне лицо с зажмуренными глазами, криво улыбнулся.
— Не очень удачное посещение было. И, кажется, мы остались без Проводника. Вот так, Проходимец, что еще я могу сказать?
— Кто это были, знаешь?
Ками, сидевшая недалеко от Нэко, встрепенулась, внимательно взглянула сначала на меня, потом на Нэко.
— Только предположения, — помотал головой Нэко, — но скорее всего — конкуренты. Хотя я могу допустить и мысль о том, что Братство от нас что-то скрыло и наш груз очень интересен еще кому-то, кроме непосредственного получателя.
— По крайней мере этот кто-то перед лишними жертвами не остановится, — мрачно сказал я, про себя отмечая, что картина людей, на куски разрываемых в баре пулеметными очередями, не скоро еще изгладится из моей памяти. Блин, кошмаров мне ночных с такими подробностями не хватало!
— Леха, — раздался через интерком голос Данилыча, — давай в кабину, ты здесь нужен. — Санек, это и тебя касается, пусть тебя девчонка сменит, если в состоянии.
Я хлопнул Нэко по плечу и, хватаясь за все, что возможно, практически пополз по стенке к кабине автопоезда, удивляясь такой дикой болтанке, что ну никак не походила на плавный ход обновленной «Скании» по дорожной поверхности.
— Ну что? — спросил у меня Данилыч, когда я пристегнулся в кресле пассажира и изумленно констатировал тот факт, что автопоезд несется по какой-то лесостепной зоне, огибая особо крупные холмики и редкие группы деревьев.
Теперь стала понятна та бешеная болтанка, что так долго терзала «Сканию». И меня, к слову, тоже.
— Санек где? — вопросом на вопрос ответил водитель. — Нам сориентироваться на местности нужно.
— Тут я.
Санек влез в кабину, уселся на койку, немного просунулся между креслами.
— Ками планшетку виртуальную передала, — сообщил он, протягивая вперед небольшую рамку, засветившуюся изображением какой-то местности с высоты птичьего полета. По этой карте неторопливо двигалась светящаяся желтая точка. —
