Проклятие Черного бриллианта

восторженного ребенка.
— Две тысячи золотых, — с усмешкой назвал мне цену мужчина. — Будете покупать?
— А почему так дорого? — продолжила я гнуть свое. Немало, я бы даже сказала почти целое состояние, если судить по двадцати золотым, которые я все никак не могу потратить уже неделю. А покупала я вещи не из дешевых. Один амулет для чистки зубов три монеты стоил, так у продавца руки тряслись, когда он плату принимал.
— Это лезвие — отравленный лист из проклятых земель, кто-то когда-то за него жизнь отдал, больше таких смельчаков не найдется, черная смерть находит своих врагов. Говорят, его яд способен не хуже серой пыли отправлять на тот свет владельцев камней. Кроме того на него уже есть заказчик. — Впервые серьезно заговорил продавец. Отравленный? Значит, не просто так меня разукрасило, и лихорадка все-таки от порезов была. Угадала я.
— А скажите, — как можно обаятельнее улыбнулась я, — вы бы отдали мне этот кинжал и пятьсот золотых сверху за два подобных лезвия? Ведь в итоге получиться почти двойная выгода.
— Где же вы возьмете такие лезвия? Я столько подделок видел, что провести меня невозможно, — гордо выпрямившись, ответил он.
— Предположим, они у меня есть, и я готов вам их показать, чтобы вы убедились в подлинности, да и мои руки могут это доказать. — Я достала из-под рубашки два листика и положила на прилавок, при этом продавец с ужасом наблюдал, как сверкнули серебристые прожилки сосудов, я специально сняла тонкие перчатки, купленные на рынке.
— Мне нужно осмотреть лезвия, — хрипло сказал он.
— Конечно, — кивнула я, не спуская глаз со своего сокровища. Знал бы он, что у меня еще восемь таких же листиков за корсажем. Думал мужчина недолго, я видела, как тряслись его руки, когда он в толстых кожаных перчатках рассматривал листики.
— Я согласен, — выдохнул он.
— Отлично, деньги и кинжал вперед, — прервала я раскрывшего рот, чтобы что-то сказать продавца. Он кивнул и пошел снимать с витрины мою новую игрушку.
Пересчитав деньги в увесистом мешочке и прицепив кинжал в простых кожаных ножнах на пояс, я отдала мужчине листики. Он осторожно, словно хрустальные положил их в деревянный ящик с бархатной подушечкой и убрал под прилавок.
— Скажите, у вас тут есть такое место, куда люди складывают свои сбережения, а потом в любом другом месте могут их получить обратно? — стараясь популярно объяснить, что мне нужен банк спросила я.
— Конечно, деньгохранилище находится дальше по улице через три дома, — кивнул продавец, смотря на меня как на дикую. Лохонулась, ну не скажешь сразу, что у них тут банк есть. Поблагодарив мужчину, я покинула сие заведение, поспешив в филиал местного деньгохранилища.
Наверное, стоило все-таки помыться и переодеться, прежде чем появляться в подобном месте. На меня, грязную и нечесаную, с огромными пакетами покупок смотрели как на сумасшедшего бомжа, зашедшего в пятизвездочный отель. Минут десять ушло на разбирательство с охраной, которая попыталась выставить меня за дверь, но как только служители банка разглядели мешочек с золотом, я сразу стала персоной ВИП. Меня напоили чаем, приняли деньги и выдали какой-то медальон с личными данными, что позволял мне получить наличные в любом городе. Довольная и счастливая я вернулась в гостиницу, чтобы, наконец, привести себя в порядок и восстановить разваливающуюся маскировку.
Какой же это кайф просто полежать в горячей ванне. Я лежала в деревянной бадье, исходящей паром посреди комнаты и млела. Как приятно оказаться чистой. Амулет, который чистит зубы, оказался просто чудом, я как будто вышла из кабинета стоматолога. Волосы, наконец, перестали свисать грязными сосульками, а каждая клеточка тела расслаблялась, впервые, за прошедшую неделю. Ровно неделя моего осознанного пребывания здесь, если вырезать ту часть, когда я провалялась в подземелье с лихорадкой. Сейчас я была почти счастлива. Настроение портили лишь серебристые узоры. Они своим холодным блеском напоминали о блуждании по проклятым землям без еды и воды. Наверное, я сейчас была похожа на вампира из Сумерек, особенно, когда на моей коже играли солнечные блики. Я улыбнулась. Всегда хотела чем-то отличаться от других. Бойтесь своих желаний. Отличилась.
Я как можно дальше оттягивала свое свидание с зеркалом, решив сначала смыть грязь и грим. Свое лицо с серебристыми разводами я еще не видела, шрама вроде не осталось, но точно не уверена, во всяком случае, под чудо-кремом его видно небыло. Я, последний раз окунувшись в горячую воду, вылезла из ванны и завернулась в простыню. Зеркало. Большое во весь рост, в красивой раме, принесенное по моей просьбе, молча стояло у стены. Я с какой-то внутренней дрожью подошла к нему и посмотрела в отражение.