Проклятие династии

и довольно ошибочно, потому что тут же бросил все и кинулся к секретарю. То есть к вышеупомянутой корзине для бумаг.
Двери остались распахнуты, и король Клеймон медленно встал. По коридору к нему приближалось…
Сначала до него долетели истошные крики, топот ног, шум падения тел, грохот и все прочее, что издает толпа обезумевших от страха людей. Потом волной докатилось то, что повергло людей в панику и смятение — вонь такой силы и крепости, что король бросил многозначительный взгляд на корзину для бумаг, но в нее уже так крепко вцепился канцлер, что его величество решил оставить безнадежную затею и попытался заставить завтрак вернуться обратно в желудок. Завтрак — так легкая закуска и бокал вина — ни за что не хотел оставаться на месте. Ему очень нужно было узнать, чем это так пахнет, так что королю пришлось потратить несколько секунд на борьбу с ним. За это время обладатель «аромата» успел появиться в поле зрения.
По мере того как он приближался, его величество чувствовал: волосы все сильнее шевелятся на его голове. Он стиснул зубы и призвал на помощь все свое самообладание, вспомнив как отец учил его владеть собой. «Всегда представляй себе что-нибудь приятное! — наставлял будущий король Оромир Третий своего единственного сына. — Например цветочную поляну!»
Именно эта полянка, усыпанная цветами, сейчас предстала мысленному взору короля Клеймона, только в центре этой полянки почему-то красовалось надгробие с многозначительной надписью: «Родителям — от цветов жизни!»
Перепачканный так, что не только цвет, но и фасон его одежды определить было невозможно, благоухающий ароматами канализации большого города, в кабинет короля вступил принц Кейтор.
— Привет, папа, — сообщил он, привалился к стене и оставил на ней грязный отпечаток. — Извини, я немного опоздал, но…
— Вон… — прохрипел король сквозь стиснутые зубы.
— Не, я все понимаю, мы так не договаривались, но у меня вот тут, прямо здесь, — он вытянул вперед руки, и канцлер, только-только выпрямившийся, снова уткнулся носом в корзину для бумаг, — вот прямо тут у меня только что были доказательства, и…
— Во-он, — попытался повысить голос король.
— Чего? Подождать вон там? А где это — «вон там»? — Кейтор завертел головой, отчего с его волос посыпались ошметки грязи и какие-то существа, похожие на слизняков. — И потом — время не ждет! Надо выработать диспозицию, а еще..
— Вон там! — наконец прорвало короля. — Вон там — ванная! И не смей показываться мне на глаза в таком виде!
— А в каком можно? Чем вам не нравится мой внешний вид? — обиделся Кейтор, и канцлер с секретарем обменялись понимающими взглядами. — Нормальная рабочая одежда… Ах да! — Кейтор с некоторым опозданием оглядел свой наряд пожал плечами: — А что делать? На улице такая ужасная погода! Хорошая собака хозяина на улицу не выгонит!
Секретарь бросил быстрый взгляд на окно — там с утра сияло солнышко, и казалось, что лето вернулось.
Король Клеймон испустил звук, который мог издать мастодонт, наступивший на дикобраза.
— Я ЧТО ТЕБЕ СКАЗАЛ?! — завопил он, уже не заботясь о том, чтобы соблюсти приличия. — Я ТЕБЕ ЧТО ВЕЛЕЛ?!
— Заняться расследованием? — предположил Кейтор.
— ВЫМЫТЬСЯ! Немедленно! Живо!!! Сию же минуту!
И чтоб духу твоего тут в таком виде не было!
— А чем вам не нравится мой внешний вид? — тоже повысил голос Кейтор.
Секретарь, не выдержав, распахнул окно и высунулся наружу, жадно глотая свежий воздух. Канцлер бросил корзину и ринулся к нему.
— Уйди отсюда! — взревел король, топая ногами. — Иначе я за себя не отвечаю!
Схватив со стола чернильницу, он запустил ею в младшего сына. Тот увернулся, сделав довольно-таки изящный пируэт на одной ноге (изящный для того, кто в жизни ни разу не танцевал в балете), и сорвавшиеся с его плаща ошметки содержимого канализации веером разлетелись по комнате. Одна черно-рыжая блямба звучно шлепнулась на стол перед королем как раз на документы, которые он просматривал, и у его величества слегка помутилось в глазах.
Во всяком случае, пришел он в себя, когда его довольно чувствительно приложили лопатками об стену и сунули под нос какую-то вонючую гадость.
— Ваше величество? — перед носом маячило чье-то незнаемое лицо. — С вами все в порядке?.. Э-эй?
Его похлопали по щекам, король обалдело заморгал:
— А? Что? Где?
Мужчина со знакомым породистым лицом (где он мог видеть его раньше?) совершенно серьезно поднял руку:
— Сколько пальцев я показываю?
— Два… то есть три, — помотал головой король. — То есть… Что это было?
— Нервный срыв, — пробурчал кто-то рядом.
Король скосил глаза и заметил,