Проклятие династии

тебя одного в провинции? — нежно проворковала она. — Как мой брат, ты будешь принят при дворе. И со временем достигнешь таких высот, каких только пожелаешь!
Этого намека — ведь граф сам мечтал надеть корону — было достаточно, чтобы Гайрен сдался. Принц Клеймон тут же вручил ему запечатанный пергамент, и молодой человек отбыл восвояси.

Ни болезнь, ни политические сложности, ни раздоры в семье, ни что-либо еще не могли изменить для короля Клеймона раз и навсегда заведенный порядок вещей. Сразу после завтрака его величество отправлялся в свой кабинет и до полудня работал с бумагами, принимал министров и советников, советовался с канцлером и раздавал поручения, после чего делал короткий перерыв, во время которого проходил по дворцу, интересуясь жизнью слуг и придворных, а потом, наскоро перекусив, снова работал, уже до ужина, то сидя над бумагами, то принимая посетителей. Лишь после ужина у короля находилось свободное время, и чаще всего он тратил его на приемы и балы в честь очередного высокого гостя. Посиделки в кругу семьи были расписаны на неделю вперед и строго регламентированы по часам. Правда, в последнее время король чаще стал привлекать к делам наследника престола, но принцу Клеймону пока еще больше нравилось бездельничать.
Король как раз просматривал документы, делая на полях пометки (чем больше их было, тем больше нервничал стоявший у стола секретарь), когда дверь кабинета распахнулась и порог переступил слегка прихрамывающий Даральд делль Орш.
— Ваше величество, — окликнул он короля. — Простите, если помешал, но у меня серьезное предложение.
Король Клеймон подавил вздох, а всмотревшись в лицо графа, отложил перо и нахмурился:
— Проходите. Говорите. Надеюсь, с ее высочеством принцессой Лианой все в порядке?
Тяжело опираясь на трость, Даральд прошел к креслу для посетителей и тяжело опустился в него. Он был бледен, на висках выступил пот.
— Что случилось, граф? — обеспокоенно спросил король. — Ее высочество…
— Принцесса Лиана Кришталльская чувствует себя превосходно, — прикрыв глаза, пустым ровным голосом произнес Даральд. — Ее недомогание — чистая случайность. Я уверен, что если принцесса последует моим рекомендациям, ни она, ни вы больше о болезни не вспомните. Я знавал многих женщин, которые… мм… прошли через это. Так что можете не беспокоиться насчет ее высочества.
— Тогда в чем дело? На вас лица нет!
— Несколько минут назад, — Даральд закусил губу, — я узнал о себе кое-что очень важное. И пришел именно за тем, чтобы дать вам несколько советов.
— Я вас слушаю. — Король подался вперед, кивком головы дал понять секретарю, что тот может перестать изображать сердечный приступ и отойти в сторонку.
— Если вы помните, я подавал прошение о проведении эксгумации останков моего отца, а также остальных членов династии, казненных тридцать один год назад, — негромко заговорил Даральд. — Мы не оговаривали дату, но обстоятельства таковы, что я вынужден просить у вас назначить срок как можно скорее. Все должно произойти до конца Месяца Охотника.
— Сделаем. — Король кивнул секретарю, и тот быстро застрочил в блокнот. — Это все?
— Нет. Я советую… простите, настаиваю на том, чтобы свадьба ее высочества принцессы Лианы Кришталльской и наследника престола состоялась как можно раньше. Скоро полнолуние, — Даральд посмотрел в окно, — осталось шесть дней. Так вот, за эти шесть дней следует провести эксгумацию, а потом начать подготовку к свадьбе, чтобы максимум через пять-шесть дней все было готово.
— Хм. — Король Клеймон взял себя за подбородок. — Это немного сложнее — Сейлор Кришталльский не успеет прибыть в Альмрааль к этому сроку, ну да ладно. Это все?
— Последнее. — Даральд покачал головой. — На свадьбе меня не будет. И я вас попрошу не настаивать на присутствии моей жены, деллы Хельги делль Орш. Но прямо сейчас я хочу получить от вас расписку в том, что вы или ваша супруга, которая взяла на себя заботу обо всех, нуждающихся в поддержке, не оставите без поддержки мою жену и ребенка.
— Ребенка?
— Да, Хельга ждет ребенка. — Даральд впервые улыбнулся, но его улыбка получилась какой-то грустной. — Мы узнали об этом только что.
— Поздравляю, — кивнул король, вспомнив, что если Даральд является принцем крови, то и его ребенок, троюродный брат или сестра его собственных сыновей, тоже является таковым, а стало быть, одним противником тридцать лет спустя будет больше. — Но погодите, вы сказали, что заботу о них вы поручаете… нам? А как же вы?
— Меня скоро не будет в живых, — вздохнул Даральд и тяжело поднялся, опираясь на трость. — Прошу прощения, ваше величество. Времени мало, а дел много.
Он направился