Жил да был когда-то могучий демон — проклятие правящей династии королевства Паннория. Демон прилежно исполнял свои проклятые обязанности, и каждые тридцать — сорок лет династия захлебывалась в собственной крови. И вот когда проклятию исполнилось восемьсот лет, на свет появился младший принц Кейтор — головная боль всего королевства, настоящий энтузиаст своего дела, мастер попадать в истории и впутывать в них остальных! И возгордившийся было демон понял, что вовсе не он истинное проклятие, но было уже поздно…
Авторы: Романова Галина Львовна
— Она не девушка, — вздохнул Кейтор.
— Что?!
— Она мой агент! Я же говорил, что у меня своя сеть информаторов, и это…
— «Агент»! — передразнил король и внезапно срифмовал это слово с другим… — Нет, лорд Дарлисс, у меня кончается терпение. Как вы думаете, что с ним можно сделать?
Понимая, что его величество ждет от него немедленных и желательно кардинальных решений, глава Тайной службы раздумывал недолго.
— Это моя вина, — решительно начал он. — Принц Кейтор относится к редкому типу людей, которым некуда девать энергию. И наша задача — обеспечить ему фронт работ, желательно таких, чтобы он до постели доползал без задних ног.
— Это что, в пыточные подвалы предлагаете его спустить? — по-своему понял король.
— Можно и в подвалы, — пожал плечами лорд Дарлисс— Как вариант. Но я бы оставил пытки на крайний случай. А пока дайте ему испытательный срок. Ручаюсь, что в ближайшее время я обеспечу его высочество работой.
— И проследите, чтобы во время визита принцессы-невесты он близко не подходил к нам! — поднял палец король. — Я не хочу позориться перед иностранными державами! Вы свободны.
Его величество отложил в сторону недочитанное донесение и стал перебирать другие бумаги, разложенные на столе, давая понять, что аудиенция закончена.
Принц Кейтор продолжал стоять с видом упрямым и потерянным одновременно, и лорд Дарлисс по-отечески взял его под руку.
— А скажите, ваше высочество, — проворковал он заговорщическим тоном, когда они уже шагали по коридору прочь, — эта… мм… девица? Она и впрямь ваш агент, или вы просто пытались уйти от ответственности?
— Мм… — высказался Кейтор, старательно отводя глаза в сторону.
— Позор! Нет, то, что вы вступились за честь девушки, это нормально, но вот то, что вы заявились во дворец пьяным, в Два часа ночи, с посторонней девицей, да еще привели ее в свою спальню, а утром допустили, чтобы ее увидели!.. Вы ей хоть заплатили?
Принц резко остановился и хлопнул себя по лбу.
— Блин! — воскликнул он. — А я-то все утро думал — что я такого забыл? Конечно, не заплатил! Где я ее теперь буду искать? Я даже не знаю, как ее зовут!
— Ну, зовут-то ее, положим, Мариль, — лорд Дарлисс рассматривал свои ногти, исподтишка косясь на постепенно вытягивающееся лицо принца, — обитает в Лоскутном квартале, подрабатывает танцовщицей в кабачке «На рогах». Двадцать лет, ближайших родственников в Альмраале нет, но имеется тетка, обитающая в деревне. Мариль регулярно посылает ей часть заработка. Проституцией занимается от случая к случаю. До сих пор мечтает выйти замуж за богатого порядочного человека. Кстати, сегодня у нее выходной, так что ищите ее в Лоскутном… адресок дать?
Принц смотрел на лорда Дарлисса так, словно впервые увидел, его челюсть в продолжение рассказа опускалась все ниже и ниже, так что в конце ее пришлось придерживать руками и силой вставлять на место.
— И откуда вы все это успели узнать? — пролепетал он. — Вы за мной следили?
Лорд Дарлисс тепло улыбнулся и похлопал Кейтора по плечу:
— Мариль — мой агент. И переманивать столь ценного сотрудника я вам не дам. Ищите своих!
Он последний раз посмотрел на принца и отправился прочь.
— Э-эй! А адрес? — догнал его Кейтор на первом же повороте. — Адрес Мариль? Лоскутный квартал… а улица? А номер дома?
— Все на работе. Я покажу вам досье и научу подбирать агентуру. Настоящую агентуру! Авось пригодится!
Утреннее происшествие не лучшим образом сказалось на короле. Клеймон Второй сначала все-таки занялся делами, но настрой был уже не тот. Перо рвало бумагу, буквы прыгали перед глазами, никак не удавалось сосредоточиться, фразы в докладах и проектах казались надуманными и пустыми, а когда вместо «чушь свинячья», высказывая мнение относительно одного из докладов, он написал «чужь сфенячья», Клеймон Второй понял, что нужно срочно проветриться и прийти в себя. Крикнув секретарю, что его в ближайшие полтора часа нет ни для кого, он хлопнул дверью и отправился бродить по замку, смотреть на портреты великих предков и размышлять о несправедливости жизни.
Несправедливость сия состояла в том, что времена изменились бесповоротно. Если в прежние годы королям не приходилось столько времени заниматься делами, сидя за письменным столом — им было достаточно стукнуть латной рукавицей и рявкнуть на весь зал: «Я так хочу!» — то теперь любой придворный мог в ответ спокойно заявить: «А в каком законе это сказано?» И часто оказывалось, что крыть-то нечем — если ты не знаешь назубок все законы страны вплоть до тех, какие были приняты во времена, скажем, Юнгария Первого или, больше того, Паннара Второго, сына легендарного основателя
