Жил да был когда-то могучий демон — проклятие правящей династии королевства Паннория. Демон прилежно исполнял свои проклятые обязанности, и каждые тридцать — сорок лет династия захлебывалась в собственной крови. И вот когда проклятию исполнилось восемьсот лет, на свет появился младший принц Кейтор — головная боль всего королевства, настоящий энтузиаст своего дела, мастер попадать в истории и впутывать в них остальных! И возгордившийся было демон понял, что вовсе не он истинное проклятие, но было уже поздно…
Авторы: Романова Галина Львовна
в дальнейшем.
Дождавшись, пока принц выдохнется, Веймар отвесил ему поклон:
— Благодарю ваше высочество за то, что уделили мне минуту своего драгоценного внимания. Не беспокойтесь, делу будет дан ход! Разрешите откланяться!
— Э-эй, постойте! — Принц поймал Веймара за плечо. — Какому еще делу? Какой ход?
— Делу о пропаже вашего брата и нашего сотрудника! — пожал тот плечами. — Не беспокойтесь. Мы его найдем!
Но первые поиски результатов не дали.
Принцесса Лиана сообщила лорду Дарлиссу о том, чем именно собирался заниматься принц Кейтор после того, как распрощался с нею. Если соединить эти сведения с показаниями, которые дали Веймару, сами того не подозревая, остальные члены королевской семьи, и вспомнить, чем закончились результаты поисков, вывод напрашивался один, — принц все-таки нашел какие-то следы, и это привело к печальному результату. Кейтор мог быть где угодно — вплоть до того, что он не покидал дворца, а перемещался по нему с такими ловкостью и проворством, что всегда успевал уйти с пути поисковых групп.
Отправив Веймара беседовать со слугами — то есть проделывать за Кейтора его работу, — лорд Дарлисс отправился за городской стражей: следовало прочесать хотя бы окрестности дворца и отыскать других свидетелей.
Время перевалило за полдень. Король Клеймон раздраженно мерил шагами кабинет. На столе стояли непочатый бокал вина и бутерброд с ветчиной — верный дворецкий решил подкрепить силы короля, который с утра не выпил даже глотка воды. Но король и смотреть не хотел на еду, пока ему не доложат о результатах.
Тихий стук и шорох платья отвлекли его от тяжких дум.
— Ваше величество…
Король стремительно обернулся, и на миг все мысли покинули его разум.
Она все-таки пришла, все-таки переступила порог комнаты, в которой он находился. Герцогиня Гвельдис делль Ирни стояла на пороге, держась обеими руками за створки двери и явно смущаясь.
— Мне показалось, ваше величество, что вы меня звали? — промолвила она. — Если нет, я уйду.
Королева после того, как все вернулись из театра, заперлась у себя и дала волю слезам. Король поневоле остался один. Он растерянно помотал головой:
— Нет-нет, что вы… то есть…
— Я все понимаю, ваше величество, у вас такое горе, — проворковала герцогиня, переступая порог. — Вы так любили своего сына…
— Да при чем тут любил — не любил! — всплеснул руками король. — Просто Кейтор… наша общая головная боль!
— Я вас понимаю. — Гвельдис подошла поближе. — Это так горько, когда дети приносят родителям одни огорчения! Но за это мы их и любим?
Свою собственную дочь Гвельдис любила именно за то, что девочка сейчас была слишком взрослой, чтобы доставлять матери лишние хлопоты. Ее отдали нянькам и воспитателям, и родительница вздохнула свободнее.
— Мой лорд, — она приблизилась вплотную, — это такая огромная потеря! Если бы вы знали, как я волнуюсь!
Герцогиня действительно волновалась, но вовсе не из-за жизни какого-то там принца. Лорд Дарлисс, примчавшийся вместе с толпой коллег и солдатами городской стражи, оцепил дворец и пояснил, что до выяснения всех обстоятельств всякий, кто без его личного разрешения попытается войти или выйти, становится главным подозреваемым. Герцогиня ничего не знала о судьбе брата и охранника. Удалось ли им убить принца? Куда они дели труп? Все ли прошло гладко? На эти вопросы у нее не было ответов и, судя по всему, ей предстояло мучиться неизвестностью еще долго.
— Чем я могу вам помочь? — нежно промолвила она, заглядывая в лицо королю.
Против воли Клеймон загляделся на женщину. Надо же! Столько времени она вела себя неприступно и гордо, а стоило случиться беде, и вон нате, пожалуйста! Сама идет в объятия. Если бы не обстоятельства, король бы уже воспользовался моментом, но сейчас он мог только вздохнуть и покачать головой:
— Вряд ли вы сможете что-то сделать, сиятельная делла…
— Я придумала! — внезапно воскликнула Гвельдис. — Вы можете пригласить мага, который хотя бы скажет вам, жив ваш сын или нет? Как знать, может быть, он укажет его местонахождение?
К чести короля, тот умел схватывать на лету.
— Вы тысячу раз правы, герцогиня! — воскликнул он, взял ее руки в свои и поцеловал. — Я немедленно пошлю кого-нибудь в храм Белого Быка! Благодарю вас! Я ваш должник!
Воспользовавшись моментом, Гвельдис быстро прижалась к королю всем телом, обещая и намекая на то, какую плату она может потребовать за услугу. В следующий миг они разжали объятия, и Клеймон громким голосом позвал секретаря. Дознание дознанием, но одно другому не мешает!
Покинув королевский кабинет, Гвельдис бросилась к себе в покои.
