Проклятые

Мне нужно было как можно дальше убраться от Мехико, потому что наши сутенеры никогда не любили шутить. А Белиз был дальше, чем Канкун. — Она хохотнула. — Тогда я, конечно, еще не подозревала о том, как далеко я окажусь!
С этими словами она хлопнула его по спине.
— Повезло Марии, да? Ну, а ты?
— Я музыкант. Композитор, — без воодушевления ответил Уилл.
Ее лицо осветилось.
— Не шутишь?! Я петь люблю. И вообще собиралась стать певицей. Ты хоть знаешь, сколько бедных девчонок на весь Мехико? Шестнадцать миллионов, не меньше! И половина хотели бы стать певицами. Вот и я тоже. Правда, пела я неважно, зато шлюха из меня вышла классная! Теперь у меня, понятно, работа получше. А недавно меня сделали капитаном. Сказать, почему? Потому что у меня рука отродясь не дрожала. Потому что я говорю всегда прямо и честно. И ничего не боюсь. Ну, что скажешь? Пока что у нас есть один полковник и несколько майоров. Но это только начало. Когда поступит пополнение, нас повисят в званиях. “Майор Эчеваррия”. Звучит? Мне тоже нравится! Слушай, хочешь грохнуть парочку криголитов? Это я тебе моментально устрою! И оружие дадим!
— Я не хочу никого _у_-_б_и_-_в_а_т_ь_, — глухо проговорил Уилл. — Я прилетел только для того, чтобы посмотреть, как у вас тут идут дела.
— Нормально идут дела, парень. Отлично идут! — Она нахмурилась. — Слушай, хочешь поболтать с другими солдатами? Похоже, я тебе не нравлюсь…
— Дело не в этом, — тут же отмахнулся Уилл. — Просто…
— О’кей, нет проблем. Все ясно, можешь не объяснять. Столько всего на тебя сразу навалилось, да? Ты и не ожидал такого? Понятно… Знаешь что? У нас тут один спецотряд. Ребята уже, наверно, здесь. Могу познакомить.
— Ну, как вообще воюется? — Этот вопрос он не хотел задавать, но его нельзя было избежать. Извращенный интерес. Как у зрителя боксерских поединков. — На передовой, я имею в виду?
— Ну, это я тебе расскажу. Силы амплитуров уже подобрались к окраинам одного большого местного города, который недалеко отсюда, когда командование решило сбросить нас с массудами. С того времени мы оттеснили противника километров на тысячу, честное слово! А скоро мы вообще скинем их с планеты. Здесь это не так уж трудно сделать. Никакой тебе Европы или Африки, куда можно было бы смыться. Один всего материк. После него только водичка. Мы обойдем с флангов всю их банду и ударим по главной снабженческой базе с тыла. А если они не побегут и повернутся против нас, мы каждого порубим на мелкие кусочки. Никто обо всем этом и не мечтал здесь до нашего прибытия. Массуды хорошо воюют, но они слишком прямолинейны. У нас другое видение обстановки, и мы не любим слишком долго болтать. К тому времени, когда они обычно заканчивают обсуждение плана атаки, мы уже отдыхаем после боя. Всегда приходится подгонять их. И вообще, похоже, мы для них слишком скоры на ногу. Но они нас любят. Ведь наша помощь — это означает уменьшение потерь среди массудов. Нам бы подкинуть еще пару тысяч ребят с крепкими кулаками. Из тех, кто попроще. Как там на Земле-то?
— Все то же. — Уилл ответил первое, что попалось на ум.
— Эй, нам бы сюда хороших вояк! Настоящих! Здесь есть уже немного, но маловато пока. Вербовали во время отпусков. Один из наших майоров — русский. Когда он узнал о нас, тут же вместе с женой и детьми вскочил на корабль. Это было на Ямайке. Неплохой парень. По-массудски шпарит похлеще меня.
— Вы говорите на языке массудов? — изумленно воззрился на нее Уилл.
— А то как же! — ответила она с улыбкой и вдруг издала целую серию отрывистых гортанных звуков. Уилл уловил массудский строй речи, но не понял смысла сказанного. — Язык-то легкий, только вот крепких словечек маловато. Мы тут их по мере возможности просвещаем в этой области…
Уилл кивнул самому себе. Межпланетное распространение земной культуры началось…
— Вот и комната отдыха.
Они вошли в помещение, имевшее форму полумесяца. Композитор удивленно и с тревогой уставился на неуместное вроде бы здесь огромное окно. Капитан успокоила его, объяснив, что оно может выдержать удар любого тактического ядерного оружия и поляризовано так, чтобы рассеять любой тип энергозаряда. Мебель была довольно проста, хотя и экзотических форм и с красивыми изгибами. Сама комната имела несколько опускающихся концентрических уровней и в этом походила на небольшой земной театр. На том уровне, где они оказались, было много массудов и гивистамов, которые непринужденно разговаривали между собой и временами посасывали неизвестную жидкость из сосудов экзотической формы.
Нижний уровень был заполнен стульями и диванами земных очертаний. Там-то Уилл и увидел наконец своих соотечественников. Некоторые из них держали перед собой плоские экраны, напоминавшие