Проклятые

с представителями Амплитура. Всем было ясно, какое значение могло бы иметь создание технологии, обеспечивающей экранную защиту от влияния врага. Ученые бились над этой проблемой сотни лет, без очевидных успехов, движимые больше надеждой, чем уверенностью. Если бы подобный метод защиты был открыт, это коренным образом изменило бы обстановку в той части галактики, которая столетиями, по сути, находилась на военном положении.
Соливик показала рукой на испытательный зал.
— Кажется, начинается. Землянину что-то не нравится, по-моему…
И в самом деле они видели, что землянин протестует против того, чтобы на него натянули сканирующую сетку. Медики растерялись. До наблюдательной комнаты доносились ругательства аборигена.
— Похоже, я должен вмешаться, — сказал Т’вар и откланялся.
Спустя несколько секунд командир и его первый заместитель увидали, как с’ван бодро вошел в испытательный зал и сразу же направился к креслу, на котором сидел землянин. Остановившись рядом с вейс и временами поглядывая на нее, он стал разговаривать с аборигеном. Наконец, тот покорно опустил руки и кивнул головой. С’ван сделал знак медикам, которые с опаской вновь стали приближаться к испытуемому.
Им удалось-таки натянуть ему на голову требуемую сетку, хотя землянин по инерции и продолжал слабо упираться.
— Удивляюсь скрытности помощника руководителя по медицине, — сказала Соливик, стоя у стеклянной стены. — Обычно у гивистамов все их переживания отражены на лицах.
Похоже, ее тревожит спешка, в которой проходит обследование. Но у нас нет выхода. Амплитур ведь не объявит временного перемирия, чтобы дать нам возможность без помех закончить изучение этой расы.
— Не понимаю, чего тут можно опасаться? Какая ценность в этом существе? Из того, что я видела уже и слышала, могу сделать один-единственный вывод: эта раса едва-едва цивилизованна.
— Просто их трудно классифицировать. Как и их планету. Но утверждать сейчас, что они бесполезны в качестве союзников, по меньшей мере преждевременно. Помощник руководителя по медицине, разумеется, имеет право высказывать иное мнение, но насколько я понял, среди своих коллег она в меньшинстве.
— Вы в этом уверены или просто выдаете желаемое за действительное?
Кальдак устремил на Соливик раздраженный взгляд.
— Вы знаете меня достаточно уже хорошо, чтобы самой дать ответ на подобный вопрос.
Соливик отвернулась и стала смотреть через стекло в зал.
— Пошло дело, — с солдатской непосредственностью объявила она.
Операторы заняли места за своими пультами. Рядом с монитором, на специальном кресле, сидела гивистам. Ее голова была накрыта сверху сеткой, очень похожей на ту, которая была на голове землянина. Юркий о’о’йан вертелся у нее под ногами, проверяя уже давно настроенную аппаратуру и датчики.
Сканер заработал. Он послал и землянину, и проводнику-гивистаму импульсы спокойного сна. Оба закрыли глаза и заметно расслабились. Над обеими сетками появился бледный нимб. Сканирование началось. Т’вар стоял в сторонке и о чем-то оживленно переговаривался с вейс. Медики и технические специалисты разве только не краснели от натуги. Они что-то быстро писали, вводили в компьютеры, в строгом соответствии с установленными временными интервалами делали необходимые переключения режимов работы аппаратуры… Словом, с помощью несовершенной машины и кропотливой длительной работы пытались добиться того же, чего амплитуры без всякого усилия над собой добивались от представителей других рас за несколько минут.
Время текло быстро. Ничего не происходило. Постепенно Кальдак отвлекся от испытательного зала и его внимание переключилось на другие вещи. Он спохватился, когда почувствовал, что колено Соливик толкнуло его колено. Таким образом массуды давали друг другу понять, что пришло время глядеть в оба. Он обернулся к ней. Она показывала рукой на испытательный зал.
— Вы видите?
— Что? — не понимая еще, о чем идет речь, спросил он.
— Ну, смотрите же на проводника! Вон!
Кальдак увидел, что гивистам, которая вызвалась быть проводником в проводимом сканировании, мелко подрагивает. Если бы она была массудом, Соливик не обратила бы на это внимания, но это была представительница расы гивистамов. А гивистамы не имеют физиологической потребности подрагивать. Да еще так долго и по нарастающей!
На лице рептилии была страшная тревога. О’о’йан, который суетился около нее, решил поправить сетку на голове. Он подумал, что сканирующее устройство чуть съехало набок, от чего нарушился покой проводника. Дальнейшее произошло почти молниеносно.
Кальдак отшатнулся от стеклянной стены,