Пропавшая икона

с ненавистью.
Чья-то ловкая рука обшарила Королева и вытащила из подмышки «вальтер». Затем его вытолкнули на середину комнаты. Грегорин кивнул ему.
— Королев, а я уже начал беспокоиться, вернетесь ли вы домой. Похоже, я ждал не зря.
Королев повернулся и увидел того, кто угрожал ему пистолетом, — это был Володя, водитель Грегорина.
— Удача — удивительная штука. Если она благоволит к человеку, его ничто не остановит. Даже такой зануда, как вы. Правда?
— Возможно, полковник.
— Я уверен в этом. Эти же слова я сказал Володе, когда он перевернул вашу машину, но в ней оказался другой милиционер. Я их повторил, когда вы наткнулись на труп Миронова. И на Лубянке удача снова оказалась на вашей стороне. Просто удивительно! Ум и смекалка не имеют к этому никакого отношения, просто вам везет. Но на этот раз с везением покончено.
Королев молчал. Что он мог сказать, когда к его голове приставил пистолет этот громила? Если огреть Володю столом, то скорее разлетится стол, чем рухнет Володя.
— Кто вам помог, Чайков? — сказал полковник. — Он бы никогда не стал участвовать в деле, если бы знал правду. Но я подумал, раз он уже по уши погряз в этом, у него не будет выбора. Я не хотел, чтобы он знал правду.
— Не только он. Мой коллега шел за мной по Арбату до самого дома. Он записал номер вашей машины. И как только люди стали задавать вопросы, почему меня держат в тюрьме, ваш план рухнул.
— Меня, наверное, сейчас разыскивают по всей Москве.
— Совершенно верно.
Грегорин пожал плечами.
— Но мы еще не закончили, хотя это, конечно, усложняет ситуацию. Если честно, я сам удивляюсь, почему это все так долго оставалось в тайне, но когда икона пропала, мы стали действовать быстрее. Мне намекнули, что связи с Ягодой дискредитируют меня, поэтому я не стал дожидаться, пока грянет гром. Эту икону ниспослали сами небеса, хотя я даже не верующий.
— Вам бы все равно не удалось провернуть это.
— Вы думаете? Все решили, что это просто очередная древняя икона. И вначале только я знал ее подлинную ценность. Я не верил своим ушам, когда вор, которого мы взяли во время облавы, начал все это рассказывать. Я быстро сообразил, сколько за нее можно попросить. Она стоит бешеных денег, а я знал нужных людей. Вот только Миронов оказался паршивой овцой.
— Так это вы его убили, не Чайков!
— Это сделал Володя. Конечно, Чайкову можно было дать это задание, но он стал бы задавать лишние вопросы. К счастью, Миронов оказался не таким стойким, как эта американская монахиня. Всего несколько сломанных пальцев — и он запел соловьем.
— Значит, икона все-таки у Долан?
Грегорин вздохнул.
— Не пытайтесь сделать из меня дурака, Королев. Я устал, и у меня нет времени на пустые разговоры. Это вы говорили с монахиней, вот и скажите, где икона. Вы наверняка это знаете. Говорите.
Громила ткнул Королева пистолетом. Капитан вздрогнул от боли и страха — ему показалось, что рука Володи дрожит. Оставалось лишь надеяться, что он не снял оружие с предохранителя.
— Я не знаю, где икона. Я уже говорил об этом на Лубянке. Это правда.
— Королев, не держите меня за идиота!
Грегорин достал из кармана пистолет, и в полумраке комнаты на нем блеснула масляная смазка. Он направил оружие на Королева и кивнул Володе.
— Давай их сюда!
Тот направился в комнату Валентины Николаевны. Сначала он вывел связанную Наташу, которая рядом с ним казалась совсем крошкой. Она сопротивлялась, но громила не обращал на это внимания и подтолкнул девочку к дивану. Потом он привел Валентину Николаевну. Изо рта у нее торчал кляп, в глазах читался ужас. Королев заметил большой лиловый синяк на ее щеке, который исчезал под белой повязкой поверх окровавленного рта. Володя толкнул ее на диван, как куклу.
— Послушайте, Королев. Думаю, я вас хорошо знаю. Вы крепкий орешек, но у вас мягкое сердце. Вы считаете, что я в любом случае пристрелю вас, поэтому ничего не скажете, даже если я буду вам угрожать. Но подумайте об этих двоих — их жизни в ваших руках, и у них есть шанс выжить.
Грегорин наклонился к Наташе и провел дулом пистолета по ее лицу. Девочка завизжала, а Валентина Николаевна склонила голову, глазами моля о пощаде. Слезы текли у нее по щекам.
— Думаю, начнем с девочки. Поймите, Королев, я делаю это не ради удовольствия. Вы вынуждаете меня к этому. Эта икона моя, и я ее получу. Если я вывезу ее из этой проклятой страны, мне обеспечено безбедное существование. И Володе тоже. Да, Володя?
Тот кивнул, приставил дуло к голове Королева и снова ткнул им в капитана. Валентина Николаевна обратила полный мольбы взгляд к Королеву. У него не было выбора.
— Она у Шварца. В его номере, в «Метрополе».
— Что? — потрясенно воскликнул