Пропавшая икона

не отрывали взгляда друг от друга.
— Это дело для нас очень важное. Очень. С давних времен она считается нашей защитницей. Ты, может, читал в умных книжках, что Николай-Угодник — покровитель всех воров, но Казанская Божия Матерь — наша настоящая заступница. Мы в нее верим.
— Казанская Божия Матерь? Но существует куча казанских икон — раньше Казанскую икону Божией Матери давали всем новобрачным. Зачем ради нее убивать людей?
Королев осекся, увидев серьезный, спокойный взгляд Коли. Тот выжидал, пока Королев успокоится.
— Неужели речь идет о чудотворной иконе из Казанского собора? Но ведь ее уничтожили еще при царе. Это невозможно!
Коля Граф молча смотрел на Королева. В православной церкви было принято почитать иконы не меньше, чем изображенные на них лики. Казанская икона с изображением Богоматери и младенца Иисуса была названа по имени города, в котором она чудесным образом явилась блаженной Матроне. С тех самых времен она помогала русским в борьбе с захватчиками — в семнадцатом веке во время битвы русского войска за освобождение Москвы воины Минина и Пожарского несли ее перед войском и одержали победу над польскими интервентами. Королев помнил, как в четырнадцатом году перед битвой с немцами они проходили перед этой иконой. На самом деле существовали миллионы копий этого образа — до революции они висели в углу каждого дома. Но чудотворный оригинал был украден в начале века и уничтожен ворами, которые заметали следы. Во всяком случае, такой была общепринятая версия. Тут он вспомнил изображение иконы на теле Тесака и решил, что его, скорее всего, убили из-за Казанской Божией Матери — иконы, которая была заступницей всей России.
— Боже, — вздохнул Королев и поднял руку, чтобы перекреститься, но вовремя спохватился и сжал кулак. — Я хотел сказать «черт побери», — исправился он. — Так она все это время была у вас?
— Не совсем так. Я думаю, ты кое-что о нас знаешь. Мент понимает нас лучше, чем простой гражданин. Мы делим мир на себя и всех остальных. Мы обманываем остальных, но среди своих этого делать не принято. — Коля помолчал, поднял руку и помахал ею из стороны в сторону, что должно было означать «не совсем принято». Он сделал глоток из фляги и передал ее Королеву. — У нас свои правила, и они пожестче любого писаного закона, поверь. И если ты нарушаешь эти правила, тебя жестоко наказывают. Каждый вор знает, чего от него ожидают. Например, ограбить церковь не считается зазорным — по крайней мере, не считалось раньше, когда там было что воровать. Но убить священника — это подписать себе смертный приговор. У нас свои понятия о чести. Мы правильные парни и судим всех по своим законам. Ты меня понимаешь? — Королев кивнул, и он продолжил: — Поэтому воры, которые украли икону, бросили пятно позора на всех нас. Конечно, их поймали. — Коля прижал руку к сердцу. — И тут появилась информация, что воры из страха сожгли икону. Скажу одно: если бы это были настоящие воры, они скорее наложили бы на себя руки, чем стали такое творить. Короче, этот позор лег на нашу душу, и теперь на земле и на небесах нас держат за беспредельщиков. — Коля тяжело вздохнул, снова передал флягу Королеву и затянулся папиросой. — Мы жили с этим бременем и мучились. Может, не все, но настоящие авторитеты, люди чести, хранители традиций, такие, как мой дядя и отец, — да. Мы жаждали крови, хотели, чтобы они искупили свою поганую вину. Мы начали охоту. Тех, кто украл икону, взяла охранка. Но оставались их друзья и родственники. Те, кто прятал их, любимые женщины, дети… Мы вытравили всех. — Он говорил ровно, без эмоций, но Королев не сомневался, что это были дикие, ужасные расправы. Коля посмотрел на него и улыбнулся. — А потом мы нашли ее. Случайно. Ты не поверишь, она висела на стене в борделе. Мадам приказали хранить ее как зеницу ока, но, когда мы ее прижали, она рассказала все, что знала. Мы не стали ее убивать. Произошло чудо — мы были прощены. Мы прятали ее все эти годы. Когда священников начали убивать, а верующих увозить в неизвестном направлении, когда церкви оскверняли, а соборы взрывали по приказу ставленников сатаны с красной меткой в виде звезды, мы хранили ее и держали в тайне место, где она находится. Но два месяца назад чекисты нашли тайник. Это были происки дьявола.
Королев решил, что его разыгрывают.
— Я не верю этому, — сказал он и покачал головой. Возможно, алкоголь подействовал на него притупляюще, но у него в голове не укладывалось то, что рассказал Коля Граф.
— Ты видел тело Тесака? Где у него была татуировка?
— На правой руке. На бицепсе.
Коля снял жилет и расстегнул рубашку. На его груди был выколот огромный крест. Он стянул с руки рубашку и обнажил плечо, с которого смотрела точная копия изображения Казанской иконы Божией