Пропавшая икона

работниками. Пока Бабель был занят разговорами, Королев воспользовался моментом и спросил Семенова о собрании.
— Собрание прошло хорошо. Я признался, что тоже вовремя не рассмотрел недостойное поведение бывшего члена партии Менделеева, и все сошлись на том, что недостаточная бдительность была коллективной ошибкой.
— Но ты же почти не знал его!
— Именно поэтому я не особенно рисковал, — ответил Семенов и улыбнулся.
Королев только сейчас заметил, что положил руку ему на плечо. Это было вполне естественно, ведь все это время он испытывал какие-то отцовские чувства по отношению к младшему лейтенанту. А зря. Семенов был хитрым малым. И как ему удалось всего лишь после нескольких недель работы в милиции оказаться в партийном комитете? Королев искоса взглянул на лейтенанта. Конечно, у него подходящий комсомольский типаж — голубые глаза и золотистые волосы. Но, кроме внешности, здесь было какое-то другое объяснение. В случае чего точно лучше не иметь такого серьезного противника, как Семенов. Одновременно Королева удивляло, насколько Семенов неопытен, — он всегда вел себя как типичный новичок.
Они наконец подошли к «Метрополю». Отель за эти несколько дней нисколько не утратил своего величия. Королев еще подумал, что иностранцев тоже впечатляет это живое воплощение социалистической мечты. Но наша, советская гостиница, открыта для всех, в отличие от западных, где наверняка какой-нибудь лакей хлыстом отгоняет простых людей, оставляя на их спинах кровавый след на память. Он повернулся к Бабелю и Семенову, чтобы насладиться их реакцией, и даже расстроился. Писателя, видимо, совсем не интересовало убранство холла. Он спокойно постукивал папиросой по эмалированной поверхности стола и выглядел менее оживленным, чем утром. Семенова, похоже, заинтересовали пловчихи в бассейне, и Королев решил, что молодой человек скорее увлечен плотскими мыслями, чем эстетикой здания. Он еще мог понять Бабеля — насколько ему известно, писатель каждые два месяца бывал в Париже, — но реакция Семенова осталась для него загадкой. Наверное, он уже был здесь раньше, со своей девушкой, которая любит «Герцеговину Флор».
Шварц сидел в ресторане, читая «Известия» с таким видом, что было очевидно: все написанное является для американца скорее развлечением, нежели источником информации. Когда подошел Королев, он встал и отложил газету в сторону.
— Товарищ капитан, рад вас видеть. Думаю, сегодня отличный день для посещения матча.
Он оделся как раз подходяще для похода на стадион. На нем был черный свитер и короткая синяя куртка с отложным воротником, а серые брюки сидели так идеально, что, казалось, их кроили прямо на нем. Как фанаты «Спартака» станут издеваться над наутюженными стрелками, можно было только догадываться. Шварц указал на шляпу на столе.
— Я даже раздобыл вот это. Как думаете, мне пойдет?
Королев посмотрел на шляпу и прикинул, где Шварц мог ее купить. Наверняка в одном из валютных магазинов.
— Отличная шляпа. Очень практичная. Она вам пригодится, на улице достаточно ветрено. — Он решил не добавлять, что на его голове эта шляпе тоже смотрелась бы неплохо.
Шварц улыбнулся, понизил голос и с серьезным видом наклонился к Королеву.
— А что там с расследованием? Как оно продвигается?
— Я больше над ним не работаю, — ответил Королев, указывая на повязку у себя на голове. — Я был несколько дней болен, поэтому дело передали другому следователю. Но у меня есть и хорошие новости. Мы опознали жертву, это не ваша знакомая. Поэтому, если она вдруг выйдет с вами на связь, дайте мне знать. У нее может быть полезная информация.
Королев не слышал уверенности в своем голосе. Если чекисты поймают американскую монахиню, разгуливающую по Москве с фальшивым паспортом, ее туристическая поездка закончится Сибирью. Но Шварц не проявил ни облегчения, ни удивления, когда услышал эту новость от Королева, просто кивнул в знак благодарности. Получается, ему уже безразлична судьба девушки из поезда?
— Если она выйдет на связь, я обязательно свяжусь с вами, — сказал Шварц тоном дипломата. — Кстати, а что насчет нашей последней беседы?
— Как я и обещал, она осталась между нами, — ответил Королев, сам удивляясь тому, как легко солгал. Тут ему пришла в голову одна мысль, и он обернулся, чтобы проверить, не слушают ли их Семенов с Бабелем. — Я бы хотел продолжить тот разговор, если вы не против. Теперь я знаю, с какой иконой мы имеем дело.
Шварц медлил с ответом. Он явно думал, что сказать. И снова никакого удивления, лишь мимолетный проблеск тревоги в глазах.
— Вы же сказали, что у вас забрали дело.
— Пока да, но в понедельник я, скорее всего, вернусь к своим обязанностям. —