Пропавшая икона

вперед, расталкивая и сбивая с ног любого, кто попадался на пути. Они пробивали себе дорогу, пока двое билетеров и рассерженный милиционер не схватили последнего парня в колонне и не оторвали его от остальных. Его приятели тут же сформировали некое подобие клина и, вырвав своего товарища из рук билетера, продолжили штурм. Толпа приветствовала хулиганов радостными криками, и те победоносно подняли руки вверх. Завидев подкрепление милиционеров, хулиганы разбежались. Толпа засвистела, когда группа беспризорников начала дразнить билетеров и крутиться у них под ногами. Какой-то милиционер схватил за волосы и отшвырнул в сторону маленькую грязную девчушку. Болельщики недовольно загудели и принялись дружно наступать на милиционера — здоровяка с глупым лицом. Королев взял Шварца под руку.
— Думаю, нам лучше попытаться войти в другом секторе, — сказал он.
В это время первый камень со звоном ударился о железные ворота, и толпа с дружным криком двинулась вперед. Последним, что они успели разглядеть, было перепуганное лицо милиционера, который тут же затерялся под градом кепок и взлетающих кулаков. Королев без особого сочувствия наблюдал, как, расталкивая болельщиков, к этому месту сбегаются люди в милицейской форме.
— Люди так рьяно защищают детей… — отметил Шварц.
— Скорее, они воспользовались поводом отправить милиционера в больницу, — сказал Бабель.
«Он прав, — подумал Королев. — Вряд ли они даже обратили внимание на девочку под ногами, когда пошли в атаку на человека в форме». Он вспомнил, что во время всей этой неразберихи в толпе беспризорников мелькнула рыжая шевелюра, и подумал, уж не команда ли Кима Гольдштайна орудует на входе.
Королев с облегчением вздохнул, когда они наконец оказались на южной трибуне. Здесь было относительно спокойно. Ни генерал, ни уж точно Грегорин не простили бы, если бы по его милости Шварц оказался в центре разборок. Они сидели на бетонных скамейках, наблюдая, как футболисты разминаются с мячом и проверяют готовность вратарей к игре. На одной половине поля упражнялись игроки «Спартака», в красных футболках с белой полукруглой полосой на груди. На другой — в синих футболках и красных шортах — готовились игроки ЦСКА, они казались намного крупнее и выше спартаковцев.
— Эти ребята, похоже, зададут нашим трепки. Надеюсь, Старостин хорошо подстраховался.
Рядом ниже как раз проходил мужчина средних лет. Услышав эти слова, он поднял голову и, не отрываясь, долго и изумленно смотрел на Королева. На нем не было никакой атрибутики, по которой можно было бы определить, чей это болельщик, и Королев не знал, какой реакции ожидать. Он указал на самого крупного игрока ЦСКА.
— Да ладно, приятель. Неужели ты думаешь, что они взяли в игру такого здоровилу ради его футбольных талантов?
Человек кивнул, но по-прежнему выглядел ошарашенным. «Какой-то госслужащий или мелкий чиновник», — подумал Королев. В лице этого человека читалась какая-то скрытая сила. Он сел прямо перед ними возле мальчика лет десяти и принялся показывать пальцем на игроков, прочитывая их фамилии по программке. Его голос звучал напряженно, и мальчик вопросительно посмотрел на него, но человек сделал вид, что не заметил этого. Королев повернулся к Бабелю и пожал плечами. Как-то странно этот мужчина отреагировал на него — наверное, с повязкой на голове Королев был похож на хулигана. Бабель оценивающе посмотрел на служащего и покачал головой, потом достал из кармана фляжку, и они выпили за честную игру.
Трибуны уже заполнились до отказа. Вдруг все болельщики как по сигналу встали с мест. Королев тоже поднялся и присоединился к всеобщему свисту, требуя начинать. Матч начался с длинной подачи «Спартака».
Первый тайм был тяжелым. Как и предсказывал Королев, армейцы не сдавали позиции, но и спартаковцы твердо держали оборону. Мяч оказывался то у одних, то у других ворот, хотя «Спартак» явно доминировал. Но прямо перед окончанием первого тайма один из армейцев умело забил мяч в ворота «Спартака». Болельщики «Спартака» взревели от негодования, в то время как фанаты ЦСКА громко ликовали. Спартаковцы стремительно бросились в контратаку, но до конца первой половины матча так и не смогли отыграться. В перерыве болельщики «Спартака» бурно обсуждали нарушения со стороны армейцев и некомпетентность судьи.
Королев посмотрел на плотную толпу футбольных фанатов, но она не испугала его, и он все же решился пробраться к буфету за пирожками с мясом. Американцу надо показать все прелести похода на матч, а что же за футбол без пирожков с мясом? Но только он спустился с трибуны, как тут же пожалел о своем решении. В помещении, где располагался буфет, воняло немытыми телами, мочой и табаком. Когда