Пропавшая леди

в тугой маленький комок, Риган обрушила на него свой гнев.
— Прекрати! Я не позволю так обращаться с моим великолепным платьем, — заявила она, отбирая у него платье и с любовью разглаживая его.
Трэвис с любопытством взглянул на нее.
— Но оно все равно разорвано. Его можно использовать разве что в качестве тряпки.
— Его можно починить, — заявила она, аккуратно складывая платье. — Я очень хорошо умею чинить одежду, а ворс на бархате скроет заштопанное место.
— С каких это пор богатые английские леди сами чинят свою одежду?
Риган быстро повернулась к нему.
— Разве я говорила, что богата? — сказала она с самодовольной улыбкой.
— То, что тебя вышвырнули на улицу, должно быть как-то связано с деньгами, — сказал он. — А теперь одевайся, иначе мы снова окажемся в постели и корабль уйдет без нас.
Задумавшись над его словами, она принялась одеваться, потом, не удержавшись, спросила:
— Ты действительно думаешь, что я могла бы соблазнить тебя?
Трэвис понятия не имел о том, что она говорит, но при взгляде на нее — полуодетую, с поблескивающими синими глазами, кожей, все еще светящейся изнутри после ночи любви, — подумал, что она может заставить его сделать все, что угодно.
— Перестань искушать меня и одевайся. На борту корабля у тебя будет несколько месяцев, чтобы разыгрывать из себя соблазнительницу, а сейчас надо делать дело.
Покраснев, потому что он неправильно ее понял, Риган принялась одеваться. Мысль, что она собирается в другую страну, будоражила ее воображение. Взглянув на Трэвиса, запихивающего в сундук сапоги поверх чистых белых рубах, она улыбнулась. Пусть даже он никогда не станет джентльменом, но зато у него масса других достоинств. Она вытаращила глаза, увидев, как он, заперев сундук, схватил его за кожаную ручку и, взвалив на спину, поднялся на ноги.
— Готова? — спросил он, кажется, даже не замечая огромной тяжести сундука.
Она кивнула и впереди него вышла за дверь.
Внизу их ждал обильный горячий завтрак.
— Из-за тебя я столько раз пропускал еду, сколько не пропускал за всю свою жизнь, — заявил Трэвис.
Она окинула критическим взглядом его внушительную фигуру:
— Тебе не помешало бы разок-другой пропустить еду.
Трэвис рассмеялся, но несколько минут спустя она заметила, как он разглядывает себя в зеркале. Его реакция заставила ее самодовольно улыбнуться.
Еда была превосходная, и Риган почувствовала, что проголодалась. Она с удовольствием отметила, что Трэвис хорошо ведет себя за столом. Возможно, ему было далеко до изящества Фаррела или джентльменов такого же воспитания, но он не ударил бы в грязь лицом в приличном обществе.
— Уж не выросли ли у меня рога? — поддразнивая ее, спросил Трэвис.
Не обратив внимания на его слова, она принялась за еду, удивляясь своему нежеланию сопротивляться судьбе. Возможно, это объяснялось вчерашним ужасным происшествием в доках и тем, что Трэвис спас ее, но она начала чувствовать радостное возбуждение при мысли о поездке в Америку. Говорили, что, поскольку в Америке люди свободны, там можно разбогатеть. Вот было бы хорошо сделать состояние в этой варварской стране и вернуться в Англию — к Фаррелу — победительницей!
Взяв ее за подбородок, Трэвис повернул к себе ее голову и вернул из грез к действительности.
— Ты собираешься снова сбежать от меня? — тихо спросил он. — Или, возможно, планируешь убить меня во сне?
— Ни то, ни другое. Зачем мне попусту терять время?
Усмехнувшись, Трэвис поднялся на ноги и, подав руку, помог встать ей.
— Я думаю, что тебе понравится в Америке. Нам нужны сильные духом женщины вроде тебя.
— Мне казалось, что ты считаешь американских женщин олицетворением высокой нравственности и храбрости.
— Каши маслом не испортишь, — рассмеялся Трэвис и взял ее за руку. — А теперь держись за меня — и все будет в порядке, — сказал он, предостерегающе взглянув на нее.
Второго предупреждения ей не требовалось, и, как только они вышли из гостиницы, она прижалась к локтю Трэвиса. Запах рыбы и звуки, характерные для портового района, оглушили ее, и на мгновение ей вспомнилось, как хватали ее мужские руки.
Трэвис, наблюдавший за выражением ее лица, заметил страх в ее глазах. Сбросив тяжелый сундук на поджидавшую телегу, он сказал вознице, на какой корабль доставить груз, а потом повернулся к Риган:
— Единственный способ побороть страх — это посмотреть ему в лицо. Если, например, упадешь с лошади, то следует немедленно снова забраться на нее.
Риган почти не слушала его советы, но тем не менее прижалась к Трэвису еще теснее.
— За нами скоро приедет экипаж? — прошептала