Преуспевающий писатель Тимоти Андерхилл приезжает из Нью-Йорка в родной город Миллхэйвен на похороны Нэнси, жены своего младшего брата Филипа. Нэнси покончила с собой, и никто не может объяснить причину ее поступка. По ходу дела выясняется, что Нэнси перед своей необъяснимой кончиной посещали зловещие видения.
Авторы: Страуб Питер
в трагедии уже была удовлетворена, но он тяжело поднялся со стула и пошел к окну. Сразу за поваленным деревянным забором желтый бульдозер шириной едва ли не с переулок толкал своим огромным ковшом то, что еще осталось от стены Джозефа Калиндара. Бетонные блоки, в которые упиралось острие ковша, разваливались, обращаясь в комья цементной пыли, а ряды над ними шатались, кренились, кололись на части, прежде чем рухнуть в ковш или на мостовую. Сквозь столбы пыли был уже виден задний двор и часть полоски перекопанной земли.
Тим выудил из кармана пиджака мобильник и набрал номер телефона в доме 55 на Гранд-стрит. Поскольку все обитатели дома были его близкими друзьями и часами торчали друг у друга в гостях, не имело значения, кто именно снимет трубку. Так и вышло: он набрал номер Вин, а ответила Мэгги Ла. Он попросил ее подняться к нему, посмотреть на компьютер и перезвонить по телефону на его письменном столе. Мэгги перезвонила и сообщила, что компьютер вроде бы не подает признаков жизни. Вообще никаких. Умер. Он попросил Мэгги позвонить Мирону, соседу и компьютерному гению, и срочно вызвать его отремонтировать компьютер, сломавшийся после того, как Мирон установил «Gotomypc.com».
А внизу, в переулке, бульдозер собирал обломки бетонных блоков и грузил их в кузов грузовика, постепенно оседавшего все ниже. Полицейские в форме, четверо мужчин в желтых костюмах космического вида и детективы в спортивных куртках плотными группами стояли на заднем дворе дома Калиндара и в переулке. Сержант Полхаус наблюдал за сносом стены, взобравшись на поваленный забор Андерхиллов. К удивлению Тима, рядом с ним стоял Филип.
Позвонил Мирон и сообщил, что поднимается по лестнице дома 55 на Гранд-стрит.
— Ты настоящий друг, — сказал Тим.
— А ты все еще в отъезде, да?
— В отъезде.
— А я уже в твоей квартире, — сказал Мирон. — Так, что тут у нас… Ты уверен, что эта железяка включена в сеть?.. Хм, включена Ты запускал ту программку?
— Да, — ответил Тим. — Мне очень надо вернуться на последний сайт. Понимаешь, вернуться на тот сайт, где я был, когда компьютер вырубился.
— Да не переживай ты так, сейчас раздену твоего дружка и посмотрю, что с ним
Минуты полторы Мирон орудовал отверткой и снимал с корпуса крышку.
— Так, теперь повернем его… Бог ты мой! Мэгги, ты только взгляни!
— До Тима донесся смешок Мэгги.
— А что смешного?
— Твой жесткий диск, дружище. Он расплавился, что ли… Вытащить-то я его вытащу, но ему, похоже, хана. Ух ты, горячий! Как это угораздило? Программы так не действуют.
— Знаю, — проговорил Тим. — Я так сказал, чтобы ты побыстрее поднялся ко мне.
Мирон пообещал установить новый жесткий диск до завтрашнего возвращения Тима в Нью-Йорк.
— А на какой сайт ты хотел вернуться?
— Уже не важно. Завтра поболтаем, хорошо?
Тим повесил трубку и вернулся к окну. Он чувствовал себя потрясенным и до странности непричастным к тому, что произошло. Марк и Люси убегают, едва не застигнутые штормом, как Адам и Ева. Даже в том мире, подумалось Тиму, безопасность хрупка и не достается даром. Но радость их так искрилась и любовь была так чиста и безгранична, что бездушный монитор удаленного компьютера не мог этого скрыть.
«Если небо красно к вечеру, моряку бояться нечего; небо красно поутру моряку сулит тоску», — вспомнилось отчего-то Тиму.
Альманах «Старый фермер» пропустил третье — когда небо багровое пополудни, когда спешат куда-то прекрасные Адам и Ева в едва прикрывающих тела обрывках одежд…
Он смотрел, как бульдозер загреб ковшом и высыпал в доверху наполненный кузов грузовика остатки восьмифутовой стены Джозефа Калиндара Как послушный стажер, Филип Андерхилл покорно стоял рядом с сержантом Полхаусом.
Тим не придержал дверь, и она громко хлопнула Филип повернул голову, чтобы одарить брата взглядом, каким капитан смотрит на командира взвода, опоздавшего на постановку боевой задачи.
«То, что я видел, должно остаться при мне», — понял Тим
Тучный рыжеволосый бульдозерист крикнул из кабины:
— Сержант! Простите, сержант, можно вас?
— Да, слушаю, — откликнулся Полхаус.
— Начинаем работать с землей? Стена больше не мешает.
— Только потихоньку, — сказал Полхаус. — Плюс мне еще нужен медэксперт. Томпсон! Возьми лопату, будешь работать с бульдозером, хорошо?
Один из облаченных в желтые «скафандры» и грубые башмаки потрусил к сержанту.
— А вы, ребята, сразу все сюда, как только мы что-нибудь найдем, — велел Полхаус.
Он бросил на Тима непроницаемый взгляд.
— Экстренные новости. — Он казался полностью ушедшим в себя, будто некое существо,
