Преуспевающий писатель Тимоти Андерхилл приезжает из Нью-Йорка в родной город Миллхэйвен на похороны Нэнси, жены своего младшего брата Филипа. Нэнси покончила с собой, и никто не может объяснить причину ее поступка. По ходу дела выясняется, что Нэнси перед своей необъяснимой кончиной посещали зловещие видения.
Авторы: Страуб Питер
— Что вы ответили ему? — спросили оба — Филип и сержант Полхаус
— Ответил: «никогда» и «постоянно», — сказал я.
— Простите, как? — переспросил сержант Полхаус.
Это был суровый, жесткий человек, и его вопрос вовсе не означал, что он удивлен.
Я показал ему распечатку:
От:
Кому:
Дата: вторник, 17 июня 2003,19:45
Тема: сумасшедшее, но не слишком
Дорогой Марк,
>вам никогда не казалось, что вы попали в одну из своих книг? и что мир вокруг вас вдруг стал >таким как в вашей книге?
Ответ:
1. Никогда.
2. Постоянно.
Все-таки что, черт возьми, происходит?
Дядь Т.
— Он не ответил, — сказал я. — Но не кажется ли вам, что эта загадочная идея Марка может иметь какое-то отношение к его исчезновению?
— Может, и имеет, — сказал Филип.
Сержант Полхаус и я одновременно посмотрели на него. Комната, в которой мы находились, была заставлена столами — полицейские-детективы говорили по телефонам или печатали рапорты. Когда я спросил Полхауса, как называется эта комната, он странно взглянул на меня и сказал «Предбанник» — так, будто это обязан знать каждый.
— Эта так называемая «идея», несомненно, имела какое-то отношение к «убийце из парка Шермана», — сказал Филип.
— А по-моему, речь о чем-то другом, — возразил я. — Я недавно узнал, что Марк и его друг Джимбо забирались в дом, что стоит за вашим, Филип, и после этого, сдается мне, Марк провел в том доме довольно много времени наедине с собой. Мне кажется, его идеей и был дом Или в доме началось осуществление какой-то идеи. Дом принадлежал Джозефу Калиндару.
— Не может быть, — сказал Филип. — Жена сказала бы мне. — Он взглянул на Полхауса. — Вообще-то я бы не хотел, чтоб это стало достоянием гласности, но моя супруга и Калиндар были двоюродными братом и сестрой.
— Любопытно, — сказал Полхаус. — По-моему, было бы логичнее, если б супруга как-нибудь при случае рассказала вам об этом.
— Филип, а ты показывал дом Нэнси до того, как купил его? — спросил я.
— Чего ради? Он находился в приличном квартале, ближайшие дома были, в общем-то, однотипными, да и просто не было времени: я спешил.
— Выходит, Нэнси пребывала в неведении до того момента, когда отступать было уже поздно. Как только она поняла, где оказался ваш новый дом, она, мне кажется, хотела защитить тебя.
— Защитить меня? Да это… Это… — Филип умолк и, казалось, обдумывал мое предположение.
— Этот дом словно загипнотизировал Марка, — сказал я Полхаусу. — Мальчик буквально помешался на нем.
— Что и неудивительно для мальчика, — сказал Полхаус. — Там наверняка полно пятен крови и, может быть, еще чего-нибудь такого…
— А вам не кажется… Может, имеет смысл съездить туда и осмотреть дом?
— Секунду. Возможно, туда уже ездили. — Не поясняя своих слов, сержант вытащил из кармана маленький блокнот и листал его, пока не нашел нужной странички. — Дом номер тридцать три двадцать три по Северной Мичиган-стрит?
— Да, — ответил я.
— А я почем знаю? — ответил Филип.
— Это он?
— Да, — повторил я.
Сержант взглянул на Филипа:
— Ваш сын и его друг звонили нам седьмого июня. Они хотели сообщить о своих подозрениях насчет того, что «убийца из парка Шермана» прячется в пустующем доме номер тридцать три двадцать три по Северной Мичиган.
— Приехали… — прошипел Филип. — Я как чуял Марк и этот балбес шастали там, строя из себя великих сыщиков навроде твоего дружка Пасмора. Как же я раньше-то не… — У Филипа было такое лицо, будто он вот-вот плюнет на пол.
— Ты знал, что они звонили в полицию?
— А думаешь,
