Прорыв

понесёт. Плавать машина должна, раз уж умеет, надо двери делать герметичные, затягивающиеся и на уплотнителях. Это пусть у Шмелей, старшего и младшего, голова болит. Даром, что ли, старшего уже чуть не зампотехом назначили, по автомобилям, по крайней мере?
Сидевший рядом Зудин оказался хоть и не болтуном, но на разговор раскручивался легко. Выяснилось, что майор не кабинетный, начинал с пограничников, с Таджикистана, а потом в Чечне обе кампании провёл, из командировок не вылезал. Я даже хотел было усовеститься, что «поставил его на место», может, он и лучше бы командовал, но потом решил, что фигня это всё. Отряд мой, я за него и отвечаю. А чего там Зудин накомандовать может, я и не в курсе вовсе. Сами с усами.
Заодно задал уже второй день мучивший меня вопрос:
— Майор, тут вот я чего не понял — откуда в канализации столько мертвяков было? И морфов.
— Специально завели, — ответил он. — Под городом проходов во всех направлениях до черта, блатные с самого начала попробовали в них шариться. Иные ведут куда не надо, иные не перекроешь. Догадаются ящик тротила в нужном месте заложить — мы без электричества останемся, например. Или ещё что.
— И как сделали? — заинтересовался я.
— В двух местах над коллекторами взрывами асфальт проломили, он просел. И туда приманивали зомбей. Они поначалу тупые были, скатывались, выбраться не могли. А потом в тоннели уходили.
— А морфы откуда?
— А мы туда расстрелянных бросали. Бац в башню — и вниз, в колодец.
— Специально откармливали, что ли?
— Естественно, — кивнул он. — Зато попытки лезть снизу начисто прекратились.
Просека и просто лесные, кое-как проложенные дороги дали нам километров сорок марша. Спокойного, уверенного, да ещё и удивляющего временами. Зверьё действительно почувствовало отсутствие старого хозяина на земле и оживилось. Видели самоуверенное стадо кабанов, а потом снова волков. Эдак ещё немного времени, и волки, как в былые времена, превратятся в реальную угрозу. Осталось вот ещё понять, куда приведёт нынешний экогенез морфов, какую нишу они займут? Мёртвые, быстрые, хитрые и осторожные. А ещё бы заранее узнать, что с ними будет зимой. Замерзать будут, как обычные мертвяки, или выработают какие-нибудь механизмы противодействия? Надеюсь, что нет. Не хотелось бы. У меня на зиму, если честно, большие планы.
Планы, планы… Планы — это хорошо. Мародёрка, прибыль, всё такое, только вот есть вероятность, что новые знания принесут новые планы. Пока к случившемуся я относился всё же больше как к судьбе. Анализируя, понимаешь, что в реальности мы с Дегтярёвым ничего не успевали сделать. Реальное знание о свойствах «шестёрки» пришло к нам слишком поздно. День. Один день. Даже если бы мы просто вызвали Гордеева с военными, всё равно за это время ничего бы никто сделать не успел. Мы узнали — и взрыв. Шансы один на миллиард. Или триллион, просто так звёзды сошлись. Мы — да, дураки безответственные, но и ответственные умные на нашем месте всё равно сделать бы ничего не успели. Не было времени ни на что.
И вот теперь у нас новости. А я всё удивлялся, как же так быстро наша «шестёрка» по всему миру разбежалась. А её «разбежали» куда надо, методично и аккуратно. И что в таком случае делать мне? Оставить всё как есть? Довёз «материал» в Горький-16 и «кровью искупил»? Да ещё и не своей, а Сергеича и Николая, которые здесь вообще не при делах? Не получается нормально и чтобы по-человечески, верно? Надо новые задачи себе ставить. Амбициозные, так сказать, как президент нашей страны любил выражаться. Где он теперь, интересно? В правительственном убежище в Ямантау? Да ладно, какая теперь разница… Я не о нём, а о том, что остались за мной долги, получается.
Хотя… теперь уже не только от меня всё зависит, другие люди вовлеклись. Мне Бурко не по зубам, тут и мечтать не о чем, а вот если учитывать, откуда взялся Зудин, да «подсолнухов»[62], то, может, и по-другому карты выпадут. Ладно, дальше видно будет, главное — для себя решить, что ничего ещё не закончилось, что обязательства с меня не сняты.
— Вроде на месте, — сказал поглядывавший на GPS Зудин. — Надо в лес уходить.
Я сверился с картой, посмотрел на координаты — так и есть. Следы «фармкоровской» колонны вели прямо, но нам наглеть не следует, завязываем с этим делом. Пора прятаться.
— Похоже, — согласился я и скомандовал Саньку: — Сворачивай в лес, напрямик пойдём.
— Понял, — привычно грубовато буркнул он.
Бронетранспортёр фыркнул дизелем и вломился всей своей стальной тушей в кустарник. «Бардак» бодро ломился следом, в водительское окно была видна сосредоточенная круглая морда Шмеля.
— Майор, за ветками поглядывай, — предупредил я своего спутника. —