Очнутся в теле четырнадцатилетней школьницы, и узнать, что оказывается тебя сбил грузовик, и ты уже четыре месяца в коме, при этом на дворе 1965 год… Что же может сделать девушка в этом времени, обладающая не совсем человеческими способностями. Ещё не ясно… Но известно только, что врага в её лице не стоит наживать, это точно… Итак, альтернативная история + симбиоты + музыка. Жизнь с чистого листа. История молодой девушки, которая любила петь и не боялась убивать.
Авторы: Алексеев Павел Александрович
рукам тем товарищам, которые будут против. Наверняка, возражая, они будут преследовать собственные цели, которые подрежут их возможности на местах.
— Ха! Этих товарищей не так уж и много осталось. Кого… сократили, кто притих и не жужжит. Хорошо, я понял. Форсируем это дело. У тебя личные просьбы есть?
— Да вот, всё музыкальные, электронные инструменты никак не дойдут до нас. Не знаю в чём дело. Отговорки странные.
— Да? — удивился Ильич, — Ладно, разберусь, кому надо — по шее получит.
***
Опять случилось волшебство и, инструмент быстро привезли. Теперь, мы с ним разбирались. Для меня ничего сложного не было, а вот ребятам пришлось потрудиться. Слишком непривычно и слишком далеко от классических музыкальных инструментов.
Середина лета… Жарко светит яркое солнце, а мне уже шестнадцать лет. Я как всегда про это забыла, а вот подруги не забыли и с удовольствием надрали мне уши. Дружно отметили этот, несомненно, великий день. Но это уже всё позади. А сейчас, я поддалась на уговоры и рванула в отпуск к бабушке Надьки. Естественно, поехали своей неразлучной четвёркой.
***
Хорошо в деревне летом, пристаёт… земля к щеблетам. Это то, что я смогла сказать, литературным языком, пока шли к нужному дому по улице. Как же много гадят эти коровы, ужас. Или они специально тут всё ‘заминировали’, ожидая, что мы приедем?
Сама деревня, вернее — колхоз, была не очень большой. Две с половиной улицы, недалеко ферма, чуть в стороне МТС, где вечно чего-то брякает и грохочет. Почти в каждом дворе корова или конь. Квохчут куры, лают собаки, ругается кто-то… Деревня.
Пока шли по улице, наверное, вышли все, чтобы нас хорошенько разглядеть. Ну, смотрят и смотрят. Но так ещё и комментируют, шёпотом — очень громким, чтобы мы услышали:
Ой, смотрикась. Ноги-то голые, как не совестно, бесстыднице…
А у этой-то, длинная которая, глядикась, волосы стрижены. Вшей нахватала что ли?
А эта, гляди, чемодан прёт, наверно помады наложила. Они же в городе, все с помадами ходят.
Голые ноги — у Юльки, длинная и вшивая — Вероника, а с чемоданом — это уже про меня. Ага, помады там, полный чемодан. Вот сучки страшные. Хотя, их понять можно, жизнь в деревне скучная, а тут развлечение приехало — бесплатное. А чего это про Надьку ничего не сказали? Обидно.
Бабуля Надькина, встретила нас радостно. Невысокая, добродушная, смешливая. Я на неё посмотрела и поняла, как Надька будет выглядеть в старости. Домик был не большой, но проблемой это не стало. Был ещё сеновал, куда я сразу заселилась. Мне сон ничем не нарушишь, да и спать много не нужно. Потом нас покормили, на вечер бабуля баню запланировала, а сейчас, напившись молока, мы отправились погулять, по окрестностям. Сама Надька тут бывала изредка, в детстве в основном, но бывала. Я так вообще, ничего не помню поэтому, всё для меня тут новое. Когда пошли прогуляться, в сторону озера, к нам присоединились две девчонки местных, давнишние подруги Нади из голозадого детства. Быстро перезнакомились, потом у девиц и у Надьки начались ‘а помнишь…’, а ‘а как мы однажды…’. Слушать было забавно.
Наконец, дошли до озера. Было жарко, местные девицы разделись и оставшись в каких-то ночнушках, полезли в воду. У нас на себе ночнушек не было, поэтому некоторое время посидели на берегу. А потом я, подумала, а какого собственно чёрта, я буду сидеть? Девок стесняться ни к чему, поэтому, разделась до гола и полезла в воду. Местные посмотрели удивлённо, но ничего не сказали. А я ловила удовольствие, от новых ощущений. Поплавав некоторое время, слегка поэкспериментировала с разными стилями — умение, полученное из базы знаний, а потом нырнула. Озеро было глубоким, метров пять и под водой было здорово. Рыбки плавают, водоросли шевелятся. Рак попался. Потом вынырнула, какой-то шум начался наверху.
Девки ругались. Они уже успели раздеться и ныряли, пытаясь найти мой утонувший труп. Как могла успокоила, сказала, что водолаз — это моё призвание и бояться не следует. Потом немного побесились, брызгаясь водой и играя в догонялки. А потом пришли местные парни.
— Опачки, ты смотри, какие тут рыбёшки плавают, — начал один.
— Ага, и чистить не надо, уже без чешуи, — подхватил второй.
Это они, рассуждали про нас, усевшись на нашу одежду. Местные девки тут же начали на них орать, требуя свалить с берега и дать им одеться — в ответ, парни только хохотали. Мои подруги тоже дружно булькали на них, засев в воде по самые глаза. А я продолжала плескаться. Ну, сидят, ну веселятся, да и тфу на них. Через какое-то время, все дружно сообразили, что одна я не обращаю
