но я в шоке…Да, конечно, он классный, это я про Матвея Николаевича, а то подумаешь еще, что я покушаюсь на твоего Эдика…тьфу-тьфу-тьфу через левое плечо…Так вот, он классный, но я в шоке, что ты так серьезно отнеслась к нему…и хочешь…кхм…Ладно, давай так, завтра на теории постараемся выведать. Кроме того, у тебя же в обед завтра два часа занятий. Вот еще с ним поболтаешь, может и сам чего расскажет. А после теории пренепременно нужно посетить суши-бар или пиццерию, чтобы все обсудить! С пивом, желательно…
– Капец…я так точно сопьюсь…
– Извини меня, это же Матвей Николаевич, тут без пива никак, вопрос-то серьезный! А тем более будем говорить про Эдика, а это вообще жуть.
Я согласилась с Леркиными доводами и поплелась в свою квартиру. Вот сто процентов мама уже стоит с раздутыми ноздрями, будет заступаться за Эдика.
Открыла дверь. Мама стояла с раздутыми ноздрями и руками, упертыми в бока. Из туалета папа крикнул:
– Закончилась туалетная бумага! Подайте кто-нибудь!
Не помогло, вернее, это маму не отвлекло.
– Мам, привет! – я разулась и чмокнула маму в щечку, – Только не ругай меня, пожалуйста! Я не виновата, что ему не понравилось, как мы пообщались.
– Что ты ему наговорила?
– Я наговорила? – я сделала удивленное лицо, – А он сам-то не рассказал?
– Нет, ну мне кто-нибудь даст туалетную бумагу? – гаркнул папа из дамской комнаты. Или из мужской, не важно.
– Он сказала, что ты скучная и совсем неинтересная, плюс ко всему ведешь себя не очень хорошо!
– А ты веришь этому упырю, а не родной дочери?
– Сашенька, я понимаю, что с ним скучновато, потому что кроме как об истории он говорить ни о чем не может…Но в целом он ведь не плохой!
На этих словах дверь туалета с грохотом распахнулась:
– Ё….твою…., ДАЙ МНЕ ТУАЛЕТНУЮ БУМАГУ И ОТСТАНЬ ОТ РЕБЕНКА!!! Ей нафиг не нужен твой Эдик и мне в зятья тоже его не надо!
– Ха! – Мама прошла в кладовую, достала рулон бумаги, дверь в туалет прикрылась, осталась только щель. Именно туда мама просунула бумажку.
– Раньше ты так не говорил! – сказала мама в эту щель.
Я бочком рванула к себе. Оказавшись в комнате, вздохнула с облегчением. На подушке спал наш волосатый домашний уродец.
– Чак, свали с подушки, – грозно сказала я.
Очень хотелось чаю, поэтому, скинув кошака, и напялив халат, я крадучись пошла на кухню. Правда, зря. Там уже были мама и папа.
Я села за стол.
– Мам, налей мне чай. Раз ты у плиты стоишь.
Она налила чаю. И тут папа заговорил. Я так понимаю, его целью было примирение нашего семейства:
– Значит, что я хочу сказать. Пока Эдик рос, он мне казался смышленым, умным мальчишкой. Я все равно его люблю, он мне как сын, вырос ведь на моих глазах. Но…больно он уж на бабу похож, прости Господи. Весь какой-то…Ну, не мужик он! Разве он сможет твою дочь обеспечить? – спросил папа, глядя на маму.
Мама склонила голову.
– Ну, вот скажи, честно скажи, разве он может быть хорошим мужем? Да он всю жизнь будет писать докторские и получать три копейки, а эта, – кивок в мою сторону, – будет тащить его на себе!
Папа передохнул и продолжил.
– Это не плохо, парень умный, пусть, но на кой черт заставлять его и ее встречаться? Ну не любят они друг друга! Чего ж тут непонятного!
– Вот именно! – встряла я, – Ему вообще Нина нравится!
– Кто такая Нина? – всполошилась мама.
– Такая же повернутая на истории, как и он, – объяснила я.
Мама протяжно вздохнула.
– Я понимаю, я все понимаю…Но …я так боюсь, что ты останешься одна, или встретишь какого-нибудь шарлатана, наркомана, алкаша…Сейчас мужиков-то нет нормальных! А Эдичка…ну, скучноватый, но ведь в целом же неплохой парень!
– Мам, да он жмот! Я не претендую на бриллианты, я сама за себя способна заплатить, но просто смотреть тошно было, как он сегодня мороженое выбирал в кафе…или что там, пирожное…не суть. Лишь бы подешевле. Прикинь?
– А это у него и отец такой же! – встрял папа, – Он мой друг и знает, что я думаю об этой черте его характера, но жмот он тот еще!
Мама еще раз протяжно вздохнула, видимо понимая, что папа прав.
– Значит так, – снова начал толкать речь папа, – предлагаю оставить все как есть! Я не думаю, что сам Эдик очень хочется с нашей дочкой встречаться, там тоже мама…такая же, как ты…
– А что я? Что я?
Пока родители начали препираться, я со счастливым видом поглощала шоколадку.
Я ее уже порешила, а они все еще спорили.
– …ваша идея дурацкая…
– Ничего не дурацкая…
– А какая?
Я молча встала и пошла в комнату. Этот волосатый уродец снова спал на подушке. Что за такое упертое животное? Может у него гены барана?
Я снова скинула его, взяла
