В небольшом городке графства Эссекс в XVII веке мрачный инквизитор Мэтью Хопкинс преследовал и безжалостно уничтожал «ведьм». Прошло три столетия, но дух «охотника за ведьмами» так и бродит по земле, одержимый неутоленной страстью продолжать свою «миссию». Творческая группа приезжает в городок для съемок фильма, и почти сразу же здесь начинают происходить странные, зловещие события, а главные герои, вполне современные и здравомыслящие люди, оказываются игрушками в руках потусторонних сил, черным туманом окутавших всю округу…
Авторы: Эрскин Барбара
качала головой.
– Невозможно поверить в то, что вы говорите! Она всегда так ласкова с детьми. Они ее очень любят.
– Ну разумеется! Ей как раз нужно заручиться их доверием!
– Нет, я не могу поверить!
– Послушайте. – Юдит придвинула свой стул ближе. – Вообще-то мне не следовало вам говорить, ведь священник сказал мне это по секрету. Но теперь он понял, что происходит, и очень обеспокоен. Опасения внушает весь район, не только эта Линдси. Она лишь часть чего-то гораздо… гораздо большего. Он просил меня об этом молиться!
Паула внимательно изучала ее лицо. Она вдруг поняла, что эта женщина ну совершенно несимпатична ей. Самодовольная, ограниченная ханжа! Но вдруг она права?..
– Бог да поможет нам изгнать ее из общества, – продолжала Юдит, откинувшись на спинку стула и скрестив руки. – И вскоре, когда никто не захочет брать ее на работу, Линдси сама все поймет. Она помогала по дому старику Олли Денту. Я переговорила с ним, и теперь она туда шагу не ступит! Если и вы от нее откажетесь, это будет неплохое начало. Паула рассеянно потянулась к забытой чашке с чаем.
– Мне кажется, это будет довольно сложно сделать…
– Но это необходимо! В конце концов, если девушка поймет, как она заблуждается, быть может, еще появится надежда спасти ее душу.
Чай остыл. Паула сделала недовольную гримасу и склонила голову.
– Вы полностью уверены в том, что говорите?
– Разумеется, уверена, – сказала Юдит, вставая. – Вы ведь не собираетесь подвергать своих детей опасности?
– Нет, конечно же нет.
– Тогда как вы можете колебаться?
Паула тоже встала.
– Я поговорю с Алексом. Сегодня же! И вообще мне давно пора ему позвонить, иначе он будет беспокоиться.
И она направилась в холл. Юдит улыбнулась, глядя ей в спину. Она делает то, что угодно Богу. Он должен быть ею доволен!
Среда , вечер
Пока он был занят, тревоги отступали. Сегодня у Майка были одна за другой назначены несколько встреч, и день закончился за чашкой чая в доме для престарелых. Уже начало смеркаться, когда он наконец распрощался со стариками и направился к машине.
На стоянке он долго не трогался с места, просто сидел и смотрел в окно. Прошло несколько минут, прежде чем он повернул ключ зажигания. Эти несколько минут Майк пытался побороть овладевшее им неожиданное желание поехать в противоположном от Маннингтри направлении, через Стоур в Саффолк – к Тони и Руфи. Все та же мысль, засевшая в подсознании, не покидала его весь день. Она нависла над ним, словно огромная черная хищная птица, словно тень, заметная лишь боковым зрением, готовая в любой момент наброситься на него. Голова была тяжелая, словно он находится в непривычном для себя часовом поясе. Как бы ему хотелось свернуться в постели калачиком и уснуть! Но он… боялся. Боялся остаться один, боялся, что его опять заставят делать то, чего он не желает! А особенно он боялся своих сновидений. Вздохнув, Майк повернул ключ и выжал сцепление, выехал со стоянки, чуть притормозил у ворот и решительно, хоть и неохотно, повернул к Маннингтри.
В спальне никогда еще не было так уютно. Тепло, в кои-то веки дали отопление, лампа над кроватью бросает на подушки мягкий свет. Нежно-розовые занавески, выбранные, должно быть, еще женой его предшественника, плотно закрыты и не пропустят ночной воздух, если вдруг ударят заморозки. Майк захватил с собой стакан виски и Библию. Спать он собирался с включенным светом.
Прежде чем забраться в постель, он немного раздвинул занавески и вгляделся в темноту. Вечер выдался спокойный. Над очертаниями деревьев сияли звезды. Ветер стих. По крайней мере, сейчас нет тумана. Отпустив занавеску, Майк повернулся к окну спиной. Беда в том, что тень, которой он так боится, вовсе не за окном. Она здесь, в его собственной голове!
Зазвучали слова молитвы, успокаивающие сердце, но чего-то все же не хватало.
– Избави нас от лукаваго…
Он оглядел комнату.
– Ибо Твое есть царство…
Он перевел дух. Казалось, комната тоже затаила дыхание.
– И сила, и слава…
Он справится. Он сможет отразить нападение! Его вера крепка. С ним Христос! Как же он может потерпеть неудачу?
«Ты прав. Господь с нами!»
Голос внутри него прозвучал ясно и отчетливо.
«Я повергну зло во имя плоти и крови Христовой!»
– Нет! – воскликнул Майк, качая головой, – мы не вместе. – Тут он понял, что говорит вслух. Пальцы его сжали Библию. – Иисус Христос милостив. А ты – нет!
Он снова обвел взглядом комнату. Тишина. У него перехватило дух. Молись! Делай, как велел
