Прячась от света

дней? Прямо сейчас. Полная смена обстановки и приятное общество – лучшая врачебная рекомендация, которая необходима в вашем случае.

Эмма прикусила губу.

– Думаю, я могу ненадолго поехать в Лондон. Пайерс, мой… бывший друг, говорил, что я могу вернуться к нему, когда захочу… правда, с тех пор, как он сказал это, прошло много времени… – Эмма вдруг спросила себя – а действительно ли Пайерс именно это имел в виду?..

– Тогда поезжайте скорее, – улыбнулся ей Джеймс Гуд. – А еще я пропишу вам мягкие транквилизаторы. Но думаю, что смена обстановки сыграет главную роль.

– Так я не… не одержимая? – Эмма взглянула ему прямо в глаза.

Улыбаясь, он отрицательно покачал головой.

– Я не верю в одержимость. Я верю скорее в наваждение. Слишком много было хлопот с вашим переездом. Слишком много было волнения из-за старинной истории вашего дома. Чувствительная, интеллигентная женщина с живым воображением, которая неожиданно оказалась одна, хотя не привыкла жить в одиночестве. Вот рецепт для лечения симптомов, подобных вашим, если я правильно понимаю суть вопроса. – Он наклонился вперед и принялся искать в сумке блокнот для рецептов. – Я не хочу, чтобы вы оставались одна в этом доме. Можете ли вы договориться, чтобы с вами кто-нибудь побыл?

Эмма кивнула.

– Прекрасно. Итак, жду вас у себя через неделю. – Гуд встал. – Ну, мне пора.

Выйдя за порог, врач мягко добавил:

– У вас очень славный дом, Эмма. Вы обязательно будете здесь счастливы. Вам просто нужно немного времени для… адаптации.

Суббота , утро

Тони Джилкрист и Майк сидели в пабе и смотрели на огонь в камине. Помещение было наполнено шумом и веселым многоголосием. Рядом с ними разместился солидный пожилой господин. Его не менее солидный спаниель привалился к ноге хозяина. Шумно вздохнув, пес явно готовился к тому, что ждать, пока хозяин утолит жажду, придется довольно долго.

– Так о чем ты размышлял все это время? – спросил Тони, после того как они сделали по глотку из стаканов, и откинулся на высокую спинку деревянной скамьи. – Не молился?

Майк нахмурился:

– Размышлял, да, – тихо сказал он.

– О чем же?

– О… Об Эмме Диксон.

Тони удивился:

– Я ожидал другого ответа.

– Я сам ожидал, что отвечу иначе. Я не знаю, что происходит, Тони. Она все время мне снится. Но я – это не я! В снах я – другой человек! Хопкинс, тот самый тип, которого все ненавидят! Он живет где-то в моем сознании и борется… борется с Сарой, только в моем сне Сара – это Эмма! – Майк прикусил губу, пристально глядя вдаль. Там, над рекой, солнце вышло из-за набежавшего на него облачка, на мгновение отразилось в воде, но тут же вновь скрылось за тучкой. В одной из лодок, пришвартованной к деревянному настилу у берега, кто-то включил насос. Струя белой пенистой воды потекла в реку.

Тони сделал еще глоток из стакана:

– Расскажи мне об Эмме.

– Она порядочная женщина. Вдова…

– Эмма? – переспросил Тони.

Майк покачал головой и вздохнул:

– Прости, я ошибся. Эмма не вдова. У нее кто-то есть, но, похоже, дело идет к разрыву. Ее… парень живет в Лондоне. А Эмма ненавидит Лондон. – Майк снова вздохнул.

– А что она вообще за человек? – спросил Тони.

– Она… обаятельная. И какая-то растерянная. Ведь она в одиночку приехала в провинцию. Она даже не очень понимает, почему так поступила. Она интеллигентная и очень приятная женщина.

– Привлекательная?

Майк улыбнулся:

– О да, весьма.

– Она ходит в церковь? – спросил Тони.

– Нет. – Майк покачал головой.

– Это тебя огорчает?

– Разумеется!

– «Разумеется».

– Ну, я должен надеяться на прибавление мой паствы.

– А среди твоей паствы есть привлекательные – с твоей точки зрения – женщины?

Майк улыбнулся:

– Думаю, не настолько привлекательные.

– А ты мог бы пренебречь тем обстоятельством, что мисс Эмма Диксон не ходит в церковь? – спросил Тони.

– Нет. Не могу.

– Уверен, а, Майк? Будь честен перед собой. Ведь ты потерял невесту, когда стал священником. Быть может, теперь тебе простится, если ты захочешь уточнить, насколько ты можешь сблизиться с хорошенькой женщиной… теперь, когда ты стал священником?

– Я придумал такой психологический трюк: если Эмма… ну, не для меня, я могу мысленно считать ее ведьмой, чтобы как-то оправдать тот факт, что она не может быть моей, – сказал Майк и отпил немного пива.

Тони наклонил голову:

– Возможно, это не лишено смысла. Да, было бы весьма