Прячась от света

признаться, Линдси была всегда добра к моим детям, – осторожно произнесла она. Почему это она неожиданно почувствовала себя предательницей? – Я ничего не знала о… о репутации Линдси, пока Юдит не сказала мне.

– Но ты ведь знала, что Линдси – ведьма, – резко заметила Юдит.

– Да, но… но я это не воспринимала так серьезно, – нахмурилась Паула, – у меня и мысли не было, что она участвует в сатанинских ритуалах! Я и не думала об этом!

Сидевшие в комнате женщины слегка завздыхали.

– Я хочу сказать, что думала, будто это все просто шутка. Я не предполагала, что где-то еще существуют настоящие ведьмы. Как только я узнала о ней все, я велела мужу сказать ей, что мы больше не нуждаемся в ее услугах.

– Но почему именно муж, миссис Вест? – Вопрос задала невысокая, воинственного вида женщина с темными волосами.

– Потому что мне так было удобнее, – парировала Паула, – и я не боялась ее, если вы имеете в виду именно это.

– Но в этом не было бы ничего дурного, если бы и боялись, – вставила третья женщина. Паула узнала в ней сотрудницу банка на Хай-стрит. – Нам всем надо бояться сатаны!

– Если мы не призовем на помощь Бога, чтобы изгнать сатану, – вставила Юдит, – а Паула поступила именно так. Вот почему она теперь с нами! – Юдит села, все еще крепко прижимая к груди Библию. – Я сделала первый шаг во имя Господа: рассказала второму работодателю Линдси, кто она такая, и он тоже ее уволил. Теперь нам надо сделать так, чтобы она посчитала наш город не слишком приятным местом для себя… и для подобных ей!

– Давайте ее изгоним. – Служащая банка самодовольно сложила руки на груди, послышалось общее одобрительное бормотание.

– Это не по-христиански, – обеспокоенно сказала Паула. – Разве мы не должны попытаться вернуть ее душу в лоно церкви… или сделать что-то в этом роде?

Юдит важно кивнула.

– Паула права. Мы не должны изгонять Линдси, пока не дадим ей шанса раскаяться.

Служащая банка фыркнула:

– Такие, как она, никогда не раскаиваются. Они надменны и невежественны!

– Линдси нельзя назвать невежественной, – перебила Паула, – она училась в Кембридже.

– Вы так говорите, будто вы на ее стороне.

– Я вообще ни на чьей стороне, – раздраженно ответила Паула. – Если она сделала зло, она должна заплатить за это, но мы должны в этом убедиться. Мы же не средневековые варвары! – Она внезапно спросила себя, заметил ли кто-либо из этих женщин, что их собралось тринадцать человек в комнате, и поспешно отогнала эту мысль. Эти женщины – ее новые друзья, союзницы, они на ее стороне против зла…

– Нам, конечно, надо убедиться во всем, прежде чем что-то предпринимать, Паула, – спокойно сказала Юдит. – Мы будем молиться.

– А есть ли в округе еще какие-нибудь ведьмы, или Линдси Кларк единственная? Ведь они, должно быть, собираются на шабаш? – раздался голос из противоположного угла комнаты. Все женщины повернулись к рыжеволосой девушке в обтягивающем зеленом свитере, и она смущенно потупилась.

– Да, – не раздумывая ответила Паула. – Я знаю еще одну ведьму. Она подруга Линдси, а на самом деле они кузины. Ее зовут Эмма Диксон, она поселилась в доме Лизы, что в верхней части Старого Мистли, – объявила Паула женщинам, с удивлением смотревшим на нее. – У Эммы есть две черные кошки, – добавила она, – или… или были.

Женщины молча обдумывали эту новость.

– В наши дни кошки не всегда означают, что их хозяйка – ведьма, – высказала разумный довод соседка Паулы, полная женщина средних лет с седыми волосами, – у меня в доме три кошки.

– Простите. – Паула пожала плечами. – Возможно, я увлеклась стереотипами. Хотя в случае с Эммой, думаю, мое мнение вполне закономерно.

Неужели она верит в это? Паула сжала губы и решительно отогнала все сомнения. Линдси и Эмма часто встречались, насколько она могла заметить. Устраивали заговор! Кто знает, может быть, они околдовали кого-нибудь? Может быть, из простой злобы Линдси помогала Эмме совратить Алекса, а как раз сейчас они разрабатывают план похищения детей! А эти женщины из молитвенного кружка действуют во имя и именем Господа. Они не сделают ничего незаконного.

– Вы сказали, что у Эммы «были» две кошки? – спросила какая-то женщина.

Паула кивнула:

– Да, они куда-то убежали, муж рассказал мне сегодня вечером. Могу добавить, что все лондонские знакомые Эммы, если их можно так назвать, «ушли со сцены».

– Отлично, – это вновь заговорила служащая банка, – я ненавижу кошек! – Женщина вся дрожала. – Думаю, мы можем предположить, что и сама эта Эмма вскоре исчезнет!

В знак согласия женщины одна за другой кивнули.

Паула опустила глаза на свои руки, пытаясь скрыть улыбку.