Анита Моралес, простой рядовой армейский оператор, ставшая жертвой непонятного для неё эксперимента, очутилась в месте со странными животными, населённом, людьми с матриархальным укладом жизни. Подобно Робинзону Крузо, выброшенному на берег необитаемого острова с множеством полезных вещей, в её распоряжении оказался укомплектованный армейский бункер.
Авторы: Дубровный Анатолий Викторович
прекрасных глаз достал нож и подошёл к Алите. Девушка напряглась — неужели он хочет… Но как ни страшно стало Алите (смерть её не страшила — каждая охотница рано или поздно отправляется к Великой Праматери, но принять смерть от человека, у которого такие глаза…), она не зажмурилась, а смотрела в эти глаза. А это человек разрезал верёвку, стягивающую девушке руки, а потом отдал ей нож! При этом он что‑то сказал, и тот умелый воин (умелый потому, что два раза увернулся от ударов Алиты) отпустил девушку. Охотница словно очнулась от наваждения и сказала обладателю карих глаз:
— Если ты дал мне нож, дай и то, куда его прятать!
Алита знала, что окружающие не понимают языка охотниц, а она сама не совсем и не всегда могла понять того, о чём они говорят (Алита хоть и делала вид, что не знает местного языка, но потихоньку осваивала его, стараясь этого знания не показывать). Но этот человек, догадавшись о чём попросила девушка, протянул ей пояс с ножнами. Алита быстро его надела, но нож прятать не стала, надо сказать, что нож был плохой, хоть и острый. Слишком тонкий, такой легко сломается, да и рубить им неудобно, только резать или колоть. Разве можно таким ножом отбиться от волка или освежевать оленя?
А юноша, этот человек был молод, взял Алиту за руку и повёл к выходу, а девушка нож не прятала — мало ли что? Но никто не пытался на девушку напасть и задержать.
Энтон ле Дирано
Затея с аукционом не нравилась графу ле Дирано с самого начала. Скрыться от охраны настоящих профессионалов, затерявшись в толпе, а потом ускользнуть через запасной выход, граф считал пустой затеей. Он точно знал, что это не получится. Но принц с энтузиазмом, присущим молодости, кинулся в эту авантюру. Ле Дирано не стал возражать, пусть эта затея и окончится неудачей, но хоть как‑то развлечёт мальчика. Надев маски, компания отправилась осуществлять безнадёжный план ле Иловано — улизнуть от охраны. На аукционе было шумно и многолюдно, казалось, в этой толпе ничего не стоит затеряться, но взгляд ле Дирано выделил четверых переодетых охранников (кроме тех, что положены по штату, и которые отстали, увлекшись разглядыванием ассиш), неотступно следующих за принцем и его друзьями. Одному из служителей тайной службы граф даже кивнул, показывая, что узнал. Тот кивнул в ответ — настоящие профессионалы не мешают друг другу выполнять свою работу (ле Дирано тоже охранял принца и смотрел, чтоб тот не получил удар кинжалом в бок). Не доходя до запасного выхода нескольких шагов, принц резко остановился. Ле Дирано проследил его взгляд, Аллан смотрел на смуглую девушку, привязанную к столбу. Хорошо привязанную, так обычно поступают с опасными пленниками, а не с девушками — ассишами. А девушка будто следила за добычей или готовилась к схватке, такой взгляд бывает у бойца перед поединком — настороженный и оценивающий, высматривающий — куда бы половчее ударить. Ле Дирано это непроизвольно отметил, на мгновение встретившись с этой странной ассишей взглядом. Но тут девушка напряглась, она увидела, что принц на неё смотрит, так продолжалось насколько мгновений — молодые люди неотрывно смотрели в глаза друг другу. А потом Аллан заявил тоном, не допускающим возражений:
— Я хочу вот эту!
Ле Иловано засуетился, стараясь угодить принцу. Аллан одёрнул того, когда граф в привычной для дворян манере назвал девушку девкой, начав звать хозяина. Ле Дирано внимательно посмотрел на принца: учащённое дыхание, блеск глаз, румянец на щеках, чуть видный из‑под маски, это всё было не очень похоже на обычную реакцию молодого человека при виде красивой девушки, это настораживало! Граф ле Дирано был уже далеко не юноша, но ещё и не старик. Но о любви с первого взгляда он только слыхал и признаков такого не знал, но то, что творилось с принцем, не то что насторожило, испугало опытного воина, хоть и не очень. Но всё же испугало. А ле Иловано начал торговаться, ле Дирано лишь краем уха слушал обычные в таких случаях расхваливания товара продавцом и скептические замечания покупателя, старающегося сбить цену. И когда цена была названа, надо сказать непомерная цена, человеком, стоящим чуть в стороне, видно, настоящим владельцем девушки, реакция принца подтвердила подозрения ле Дирано. Четыреста лу даже за самую прекрасную и хорошо обученную ассишу — слишком много. Судя по всему, этот ассишар, а кем ещё может быть человек, выставивший на продажу девушку такой экзотической внешности, неплохо разбирается в людях и сразу уловил заинтересованность принца. Ле Иловано зашептал что‑то принцу на ухо, а тот, выслушав, приказал освободить девушку от верёвок. Ле Дирано пожал плечами и подошёл к столбу, чтоб развязать ассишу, начал с ног. Когда ноги девушки оказались свободными,
