Анита Моралес, простой рядовой армейский оператор, ставшая жертвой непонятного для неё эксперимента, очутилась в месте со странными животными, населённом, людьми с матриархальным укладом жизни. Подобно Робинзону Крузо, выброшенному на берег необитаемого острова с множеством полезных вещей, в её распоряжении оказался укомплектованный армейский бункер.
Авторы: Дубровный Анатолий Викторович
Это, знаете ли, оскорбительно и…
— Лейтенант, — мягко сказала Анита, положив свою ладонь на руку Рэнэ, успокаивая того, — там, где я живу, это не оскорбление. Так называют тех, кого посылают на убой. Посылают на дело, где они обязательно погибнут, обманом посылают. А именно так барон Валирано собирается поступить с вами.
Ле Матарилья собрался было что‑то сказать, может быть — возразить, но внимание Аниты привлекла девушка, вошедшая в таверну. Её порванное платье едва прикрывало грудь, впрочем, она и не особо пыталась это сделать. Девушка остановилась в дверях и затравленно огляделась. Её появление сопровождалось гоготом присутствующих и неприличными выкриками, среди которых — «иди сюда, шлюха» выглядело как приглашение пропустить стаканчик.
— Кто это? — спросила у лейтенанта Анита.
— Виви, ассиша барона ло Валирано, — ответил Рэнэ.
— Мне говорили, что девушки для удовольствий дорого стоят, — подняла брови Анита, Гулана и Валинья тоже заинтересовались. Обе девушки слушали разговор Аниты и ле Матарилья, ученица знахарки в меру своих сил переводила охотнице.
— Так оно и есть, — подтвердил Рэнэ, — за Виви барон заплатил двадцать лу. Он с ней развлекался месяц, а потом она ему наскучила. Он мог отдать её свои дружинникам, но приказал ей отработать деньги, за неё уплаченные. Вот она и ходит каждый день в таверну, в замке‑то ей денег не давали — зачем платить за то, что можно взять даром?
— А что она продаёт? — поинтересовалась Гулана, рассматривая полуголую девушку. — У неё же ничего нет!
— Себя она продаёт, — нахмурившись, ответила Анита и добавила на языке Гардарьи, обращаясь к ле Матарилья: — Вот вам ещё один довод к тому, что барон Валирано вам не заплатит.
А гогот в таверне нарастал, многие из присутствующих, подняв руки, щёлкали пальцами. Вошедшая девушка растерялась, не зная к кому первому идти. Поднявшаяся Анита громко позвала:
— Сюда иди!
Девушка нерешительно направилась к столу Аниты, по дороге её шлёпнул ниже спины, при этом задрав остатки платья, один из сидящих мужчин. Потом ухватив девушку, почти сорвав с неё то, что ещё её прикрывало, громко сказал:
— Нет, сначала ты обслужишь меня!
— Гулана, — спокойно сказала Анита, указав на солдата. Та поднялась и подошла к мужчине, держащему девушку. Тот захохотал:
— Вот что значит настоящий мужик! Отбоя от баб нету! — И обращаясь к Гулане, подмигнул: — С тобой я тоже позабавлюсь, но сначала…
Договорить он не успел, Гулана невозмутимо взяла с его стола кружку и опустила на голову настоящего мужика. Кружка разлетелась вдребезги, а мужик сполз с лавки под стол.
— Ты… — начал подыматься сидевший рядом с этим ударенным по голове, Гулана, подражая Аните, впечатала ручку от кружки в лоб мужчине, тот тоже осыпался на пол. С тем же скучающим видом девушка схватила за грудки третьего там сидящего, выдернула из‑за стола, ухватила второй рукой за ремень и подняла над головой. Держа дрыгающего ногами мужика, Гулана огляделась, высматривая, куда бы его забросить.
— Гулана, брось его, зачем он нам нужен? — сказала Анита на языке Гардарьи, так чтоб поняли находящиеся в таверне, а вот Гулана не поняла. Анита показала девушке рукой, чтоб та бросила мужика. Гулана и бросила с силой на стол, за которым сидел тот мужик, стол разлетелся в щепки.
— Ах ты ж… — Подхватился из‑за соседнего стола, скорее всего, товарищ побитых Гуланой, он попытался ударить девушку кулаком. Гулана, чуть отклонившись, поймала руку мужика и сломала её в локте. То же самое она сделал ещё с тремя, попытавшимися напасть на неё. Валинья встала ногами на лавку, на которой сидела, достала свою трубочку и направила её в зал, словно собираясь дунуть. Это действие прекратило атаку на Гулану, те, кому она не успела что‑нибудь сломать, с ворчанием откатились назад — отравленную иглу никто не хотел получить.
— Иди сюда! — ещё раз позвала застывшую девушку Анита. Затем достала золотую монету и бросила её стоящему недалеко, но не решающемуся вмешаться Текилье: — Этого достаточно за причинённое беспокойство?
Тот, поймав монету и рассмотрев её, поклонился, рассыпавшись в заверениях, что этого более чем достаточно.
— Раз более чем, то пускай нам принесут ещё поесть, ей тоже, — приказала Анита, показав на девушку. И уже в вдогонку Текилье крикнула: — И молока!
Остальные посетители, глухо ворча, успокаивались. Конечно, это наглость так себя вести, но кто этих дикарей знает? Во — первых, с этой черноволосой с мечом, что указывало на её высокое положение, благосклонно говорил барон ло Тарильяно, что опять же подтверждало, что эта девица не из простых, во — вторых, она ясно показала, что ни перед чем не остановится
