Псион клана Росс

И бросил в пластиковый аквариум несколько листьев салата и порезанное на кусочки большое яблоко. Казалось, хруст челюстей саранчи, налетевшей на халяву, стал явственно слышен в нашей немаленькой каюте.
— Вижу, ну и что? Ты собираешься бросить пилотаж и пойти учиться на биолога? Или как там называются те, кто изучает насекомых? Инсектологи, что ли?
— Нет, батя. Я собираюсь получить большие деньги или другие плюшки с королевы архов. Это, — я указал на бодро шевелящуюся в пластиковой коробке саранчу, — это сотни килограмм белковой массы для регулярной кормёжки патруля архов. Которые тоже жрут мясо как саранча. А это даже для России будет накладно. Уж лучше мясо будем есть мы, люди. А саранчу, плюс какую-нибудь быстро набирающую массу зелень, вроде хлореллы, что ли, передадим на астероиды архов. Места у них там полно, ведь большая часть временно бездействующего экипажа пауков погружается в принудительный сон, выделят или соорудят длинные стеллажи или лотки какие, сделают подложку на них из съедобной для саранчи зелени, свет солнечного спектра дадут и посадят туда наших элитных производителей белка. На выходе — просто ух будет! — Я поцеловал кончики пальцев. — Конфетка просто! Шоколадная. Прессованные белковые брикеты для архов. Скажи, хорошо придумал?
Отец внимательно посмотрел на меня. Я уверенно улыбался.
— Давай сюда свою тараканью ферму, животновод. Я покажу, кому следует. Кажется, свою первую Почётную грамоту на службе клану Росс ты сегодня заработал, Серьга! Молодец, так держать!

Через пару дней, как-то совсем без излишнего шума, фанфар и чиновничьей суеты, крейсер посетила высокая делегация из Москвы. Я за ними и летал. Просто у меня был самый высокий налёт среди экипажа крейсера и самый большой опыт пилотирования в атмосфере и в космосе. Все же плотно учились по своим основным специальностям и большей частью лежали в капсулах и сидели в тренажёрах, а я менял «Конька» на бот, бот на челнок, челнок снова на «Конька» и мотался туда-сюда, с неба на землю и обратно как заводной заяц. Две девчонки из второго завоза изображали улыбающихся стюардесс, на спинки кресел челнока набросили белые, хрустящие от крахмала чехлы-подголовники, в угол салона задвинули маленький столик с минералкой. Отец, проверив челнок перед вылетом, только покачал головой. Я улыбнулся, вспомнив армейские байки про крашенную к приезду высокого начальства траву перед штабом части. Батя заметил мою усмешку и только незаметно пожал плечами в ответ.
Вернулся на крейсер я с Президентом и Министром обороны на борту челнока. Был ещё кто-то, вроде бы знакомый по физиономиям, мелькавшим по телевидению, но я не присматривался. А так народу было не сказать чтобы много. Всего семь человек. Один офицер в парадном сталинском мундире нёс одетое в зелёную брезентовую шкурку знамя. Наверное, нам оно приготовлено. Это же крейсер, военный корабль, ему своё Знамя положено. Гости спокойно разместились в салоне, я включил обзорные экраны, девицы, щебеча, раздавали минералку. Потом Министр обороны попросил разрешения пройти в кабину. Пришли они вдвоём с Президентом. Правое кресло у меня было свободным, и я предложил ему присесть и почувствовать себя космонавтом.
— А я уже и так космонавт, — рассмеялся Президент, — только удостоверения «Лётчик-космонавт РФ» у меня нет. Сам отказался, чтобы разных сплетен и пересудов избежать. Первый полёт совершил с вашим завлабом. Просил его дать порулить, Стас, правда, тогда отказал. А вы мне доверите вести ваш корабль? Как он, кстати, называется?
— Челнок это, номерной, без названия. У нас с названием пока только «Конёк-Горбунок» есть…
— Вот-вот! — оживился Президент. — На «Коньке-Горбунке» мы и летели тогда!
— …а управлять челноком вы не сможете. У вас нейросети нет. Кстати, Владимир Владимирович, вы в медкапсуле здоровье своё проверяли?
Президент на секундочку запнулся, потом решил, что тайна эта небольшая, и утвердительно кивнул.
— Тогда вы должны знать цифры своего ФПИ. Это даст вам понимание, сможете ли вы управлять космическими кораблями.
Президент посмотрел на меня, пауза протянулась немного дольше.
— Кстати о медкапсуле… Вы ведь Сергей Стоянов, не так ли? — неожиданно сменил он тему.
Я утвердительно кивнул.
— Как ваше здоровье после той аварии, Сергей? И вашего отца?
— Спасибо, мы полностью восстановились, Владимир Владимирович. Отец встретит вас на корабле. Я, как видите, везу вас в космос как пилот челнока. Так что мой вопрос был неспроста. Вы тоже можете управлять космическими кораблями. Если желание есть, конечно.
— Желание-то есть, Сергей… Но нужную мне в таком