Псион клана Росс

Каон на пару секунд отвлёкся на разговор с Ульяной.
— Дави правого пирата, Серьга. — Скомандовал он.
Ага! Дави. Знать бы как… Сделать рояль ещё больше? Это, наверное, можно, а как же трофеи? Мне вдруг очень захотелось засунуть ручонки в золото трофейных сундуков пиратов и побренчать там пиастрами и луидорами. Но после моего «Meurtrier» от пиастров и пыли не останется. Нужно что-то другое. И это «что-то другое» нужно немедленно, а то долбаный эсминец выйдет нам в слабо защищенную боковину. А такой хоккей нам не нужен!
Что делать? Что надо делать, чтобы пират: а) не щекотил нашу бочину своими слабыми пушчонками; б) не пустил в нас противокорабельную торпеду, вот это опасно, и в) не смылся куда-нибудь под шумок, сделав нам подлянку? А вот это весьма вероятно, и этого следует решительно избежать.
— Цель два потеряла ход, корма эсминца разбита, ясно наблюдаю облако мелких обломков! — безэмоциональным голосом вокзального диктора сообщил андроид на аппаратуре связи, слежения и целеуказания.
— Это явно пушки «Пилы», после неё одни опилки! — довольно сказал Каон и повернулся ко мне. — Чем ответишь, Серьга?
Чем, чем… ответом! Пробовал с фрегатом, попробую и с эсминцем, принцип-то один. Ну, бог не выдаст, свинья не съест… Начали!
Глубоко вздохнув, я привычно закрыл глаза. Ничего хорошего в этом не нахожу. Надо потихоньку отвыкать от привычки закатывать буркалы. Мои ухи подсказывают, что до эсминца одиннадцать тысяч километров… Космос же, всё видно. Высоко сижу, далеко гляжу. Теперь уже меньше, пока зубоскалил… Скорость сближения сорок два километра в секунду. Значит, до встречи четыре минуты с небольшим. Но к делу. Снарядами мы обмениваться не будем. Обойдёмся только хлопком рук. Так, рубка эсминца. Рубка как рубка, стандарт. Знаешь одну — узнаешь и другую. Сидят двое, третий маячит за их спинами. Не отвлекаться… Ведет корабль вот этот, волосатый. Подвожу руки-псевдоподии к его голове — и резко по ушам! Баммм! Аж зазвенело в моём воображении! Неряшливый волосан оплыл в ложементе, искин эсминца сразу потерял с ним связь и забил тревогу. Поздно! Командирский ключ в пульте! Даю резкий тормозной импульс на носовые маневровые движки. Ещё один. Стоп, достаточно. В рубку врывается меддроид. Но его сустав с пневматическим шприцем вдруг изгибается в другую сторону, и струя лекарства уходит в шею второго пилота. Здесь пока всё, теперь шустрым солнечным зайчиком в реакторную. Аварийная остановка реакторов — это одно из заданий пилотского курса обучения. У меня пятёрка за сдачу норматива. Пятёрка подтверждается практическим упражнением. Симба всё пишет, может, потом пригодится. Не отвлекаться… В принципе всё… Больше мне на этом эсминце делать нечего. Он тормозится, отключена энергия, двигатели замолкли, а сам эсминец должен вскоре совсем замереть. А экипаж… Если вы увлекались фэнтези, то слышали, наверное, такое слово: «баньши»? Хоть это как бы и фея, но существо абсолютно мерзкое. И, самое главное, оглушительно кричит сложным коктейлем из воплей разъярённого капризного ребёнка, хлопанья крыльев и злобного крика диких гусей, сдобренного тоскливым, философским волчьим воем. В общем, мало никому не покажется. Этим криком баньши может убивать. Такая задача — убить остальной экипаж — передо мной не стояла, поэтому я, немного невежливо по форме, но зато от всей души по содержанию, просто пнул кельтскую феечку в костистый зад, а заорала она уже в коридоре корабля. Здорово заорала! Меня там, впрочем, уже не было, а кто там был из экипажа — это их заморочки. Выживут, так полежат пока в ауте. Кто на нас поднимет оружие, тот враз станет хорошим танцором, не иначе! Ему после вопля баньши уже ничего мешать не будет…
— Правая цель нейтрализована, Каон. Думаю, до конца боя. — Скромно доложил я. Каон одобрительно глянул в мою сторону.
— Ещё четыре попадания в астероид, старший лейтенант. Цель разрушается, — спокойно и выдержанно сказал андроид.
— «Дробь» стрельбе! Ульяна, гаси последний эсминец! Одного Арха и пиратский эсминец мы вынесли! — Сразу же отозвался Каон.
Тактический экран сразу же мигнул мгновенной вспышкой. Мы подошли к побоищу почти вплотную и уже видели его участников невооруженным глазом. Третий эсминец пиратов, медленно разворачиваясь вокруг своей горизонтальной оси от импульса снарядов «Пилы» в корму, катился прямо в крупные обломки разбитого на три части астероида пауков. Там было видно мельтешение точек одноместных истребителей архов, но после того, как ментальная сеть пауков была нарушена, особой угрозы эти истребители без управляющих вожжей самки-паучихи и хора её мальчиков, восьминогих мужей-подпевал, нам не представляли. Кроме того, оставался наш союзник,