Псион клана Росс

в космосе. Пойдет?
— Надо подумать, — сказал Президент и хлопнул руками по коленям. Стас таинственно улыбался. Я ждал.
— Ну, всё? Все вопросы обсудили? Теперь кто куда? — спросил хозяин.
— Я наверх, — сказал Стас. — Там ещё куча дел с разгрузкой нашего транспортника. Самый пожар сейчас будет.
— А я в Питер, к деду, — сказал я. — Они меня заждались.

Первым делом, не слушая ворчания стариков в поношенных старомодных спортивных костюмах, я загрузил их в «Конёк». Дед сел на самый краешек разложенного в кровать правого пилотского кресла. Он был высоким и массивным, больше его посадить было просто некуда. Бабушку уложили на оставшуюся свободной лежанку, ей там места хватило, бабушка не отличалась особыми статями. Юнона села лотосом на штурманский столик и вцепилась в спинку моего кресла. Я поднял «Конька» и плавно, без рывков и перегрузок, погнал его к крейсеру отца. Там были медкапсулы Джоре, они мне нравились больше.
Дед извертелся на своём сиденье, увлечённо сопя и рассматривая калейдоскопом меняющиеся виды. Бабушка лежала молча, вся напряжённая, стиснув кулачки. Юнона даже положила ей руку на плечо, успокаивая и ободряя пожилую космонавтку. Я отснял их космическое путешествие в кабине истребителя на дедовский телефон. Будет, чем хвастаться перед друзьями!
На борту крейсера нас уже ждал отец. Он обнял деда, поцеловал в щёчку бабушку и повёл их в медчасть, по пути, как на экскурсии, давая разные пояснения. Шли долго, но старикам всё было крайне интересно. Почему люди ходят на своих двоих, а не летают в невесомости, почему едят из тарелок, а не выдавливают пасту из тюбиков и как вообще всё тут устроено? Наконец мы дошли до медиков, и передали стариков молодой врачихе из рук в руки. Сколько им лежать даже при первичном оздоровлении никто не знал. Не менее трёх дней. Я погнал вниз, на Земле было интереснее.
Но не успел вдоволь помотаться по Питеру, как батя через два дня приказал прибыть за дедом с бабкой к 16.00. Лечение прошло успешно, теперь был нужен перерыв в медицинских процедурах не менее чем в пять дней. Их изношенные организмы получили должную настройку в медкапсулах, а теперь должны постепенно сами набрать необходимые обороты, как двигатели после капиталки. Я с радостью слетал за стариками.
— Ты что меня так пристально рассматриваешь? Не признал, что ли? — добродушно спросил меня дед, когда мы все вместе шли в набег на магазины. Холодильник я успел подчистить, а вот закупиться продуктами не успел. Вот бабуля, под руку с Юноной, и вела нашу бригаду носильщиков в поход на грабёж и в шопинг.
— Смотрю, помолодел ты или нет? — тихо ответил я ему.
— А что, должен? — так же шепотом спросил дед.
— Должен, обязательно помолодеешь! Лет на восемь-десять.
— Елене только не говори, изведётся ведь вся ожидаючи! — ехидно прошептал дед.
Мы как раз подошли к магазину «Море рыбы» недалеко от метро.
— Лена, давай зайдём сюда. Хочется чего-нибудь солёненького, да с пивком! А то желудок после медкапсулы совсем съёжился. — Решительно скомандовал дед. Мы зашли.
Обычный шум и гам в магазине сегодня был явно веселей и бодрее.
— Что дают? Исландскую селедку в красном вине? — повёл носом разбирающийся в рыбных ароматах дед. А пахло действительно вкусно!
— Икру подвезли инопланетную! И балыки осетровые, — весело прокомментировала быстро ввинчивающаяся в плотные ряды покупателей женщина лет сорока.
— Так, инопланетную икру мы обязательно попробуем! — решительно отреагировал дед. — Девки, цепью, за мной! И он буром попёр на стойку с товаром, как на пулемётную амбразуру.
Из магазина мы выбрались слегка помятыми. Отошли в сторонку, и дед принялся раскладывать покупки в два пакета, освобождая бабушку и Юнону от лишней тяжести.
— Юнонке больше давай, не развалится! — подначил я деда.
Он дал мне шутливый подзатыльник.
— Стыдись, внук! Она же девочка, — пробурчал он, поочерёдно взвешивая пакеты с многочисленными банками в руках.
Юнона показательно откинула голову и опустила веки, как «Незнакомка» Крамского. Мне аж не по себе стало! Вот выделка! Нашли она с моими стариками друг друга. Но ничего, это даже к лучшему.
— Вот, Серьга, держи пакет. Это тебе. Давно, Леночка, я не держал в руках такое богатство со своей пенсией копеечной на платёжной карте! Икра — чёрная и красная! Осетровый балык ломтиками, осетрина в собственном соку, палтус, балык из чавычи! И за всё три тысячи карбованцев! — бодро вскричал довольный дед. — Эта выставка дефицитных продуктов напоминает мне Советский Союз конца пятидесятых. Ты помнишь, Леночка, рекламу: «Крабы — хорошая закуска»?!
— Именно