Псион клана Росс

таких групп, нацеленных на наш перехват, было две. А больше и не надо было, просто векторов подхода от системы Змеевика до столицы империи Аратан было именно два. Где-нибудь мы точно появимся. Появились здесь, но немного не так, как ожидали аграфы.
Стас вышел из прыжка после нас, когда уже было ясно, что крейсер атакован. Фрегат выскочил под маскировкой и с поднятыми щитами. Так Стаса научила жизнь. Вдобавок он сразу ушёл вверх и вправо от выходного конуса прыжка. Конечно, аграфы, имеющие на борту самую совершенную аппаратуру поиска, быстро нащупали старенькую «Пелену» фрегата. Она была седьмого поколения и не могла сопротивляться новейшему сканеру ушастых. Но «быстро» — это не «сразу». А за это время многое успело произойти.
В частности — крейсер нашёл затаившихся в полной невидимости во всех режимах аграфов. Точнее, первым кроликов нашёл я. Дело было так.
Мы вышли из прыжка. Раньше крейсер и фрегат подбирали скорости, время, очерёдность и прочие условия парного прыжка. Так, чтобы выходить из него более-менее вместе. Как правило, рассчитать всё по секундам и по миллиметрам для крейсера было трудно, если вообще возможно. «Росомаха» обычно немного опережала в прыжке «Пилу». Это и хорошо: за огромным конусом выхода из гиперпрыжка крейсера сравнительно небольшой конус фрегата был почти незаметен. Его нужно было ещё поискать. Но это детали. Короче — крейсер вышел из гипера.
По отработанной в полётах схеме командир эскадрильи истребителей дал команду дежурному звену на вылет, разведку и оборону крейсера. Дежурным оказалось звено, где в качестве ведомого второй пары подвизался я. Мы стартовали в пустоту, и тут же у меня засвербило в ухе. Ещё полностью не понимая ситуацию, я закричал: «Внимание — сектор 12-RG, удаление 40 единиц, противник»! Тут же засаду обнаружила аппаратура поиска и целеуказания Джоре. Хороша была аграфская маскировка или нет, против техники Джоре она не плясала. Так что данные о координатах целей сразу пошли на крупнокалиберные пушки крейсера. А там — только команда «Пли»! Но что там было в рубке «Росомахи», я точно не знаю, мне было не до того.
Как мы потом выяснили, план атаки аграфов был прост до чрезвычайности: «Убить всех»! То, что «Росомаха» боевой корабль Джоре, аграфы поняли враз. Такие сигнатуры им были неизвестны. «Пилу» кролики ещё не видели, объект атаки был пока один — корабль Джоре. Именно то, что аграфы и искали, и собирались уничтожить. Поэтому они сразу дали по крейсеру залп всеми тремя кораблями.
На «Росомахе» служили не пэтэушники. Отец всех достал до печёнок своими требованиями по соблюдению всех обязательных условий выхода из гиперпрыжка. Теперь это и сказалось на практике. Строенный артиллерийский залп кораблей аграфов с почти пистолетной дистанции был страшен. Защитное поле окутало всю «Росомаху» и плавно затухло на дозарядку. Потом парни из экипажа говорили, что было впечатление града, стучащего по металлической крыше. Так барабанили по броне крейсера прорвавшиеся осколки и снаряды врага из рельсотронов. А ракеты ушастых ещё шли к крейсеру. Часть из них была вообще очень подлой и опасной. После пуска эти противокорабельные ракеты набирали бешеную скорость, а потом, на середине дистанции, отключали двигатели и шли на цель по инерции, скрытно и незаметно для спарок ПРО. При приближении почти вплотную, ракеты включали двигатели и почти сразу поражали цель. Пушки обороны были почти бесполезны.
Но «Росомаха» выпустила звено истребителей. Задача отстрелять ракеты легла на них. То есть, и на меня в том числе. Командир звена отдал чёткий приказ, и мы рассыпались по космосу.
Я видел четыре летящих в нашу сторону ракеты, для моих ушей это было проще некуда. В общем тактическом поле звена я их показал и отметил красным. Где была ещё одна пара, я не заметил. Не до неё пока было. У крейсера была своя, рассчитанная на подобное оружие оборона. Мои же цели шли прямо в лоб. Это было и хорошо, и очень плохо. Хорошо потому, что наше звено совместным огнём могло эти ракеты сразу сбить. Плохо, потому что в случае промаха на встречных курсах мы ракету потом не сумеем догнать — слишком далеко нас разнесёт. Сумма встречных скоростей, понятное дело. Это опасно. Поэтому я, шедший последним в нашем пеленге, никого не слушая, заложил крутой левый разворот. У меня аж в глазах потемнело, и слух на мгновенье пропал. Далеко за кормой моего истребителя тройка наших машин расцвела разноцветными трассами и клубками взрывов небольших ракет ПРО. Больших вспышек сдетонировавших корабельных ракет не было, но командир звена доложил крейсеру, что они посекли вражеские ракеты в хлам. Большая вспышка была всего одна — это в пар разнесло один из рейдеров аграфов. Наверняка «Росомаха» постаралась.