Я могла стать великим алхимиком, искусным магом и выйти замуж за одного из завиднейших женихов королевства. Но придворный мир полон предательства и интриг — моим мечтам не суждено сбыться. Мне пришлось отправиться в закрытую — одну из самых лучших, и суровых академий преподавать науку сильнейшим из сильнейших. Не самая плохая участь скажете мне вы. Но…
Авторы: Косухина Наталья Викторовна
твоим студентом существовали и существуют недозволенные отношения. Давай лучше договоримся.
— Нарцисса, скажи мне прямо: зачем ты пришла?
— Хотела загладить вину и помочь тебе.
Я задумчиво взглянула на бывшую подругу. Принцесса явно пыталась спровоцировать меня на эмоции, но если бы у нее были доказательства, она б здесь не сидела.
Но в эту игру могут играть двое.
— Вот интересно: глупость — это заразно? Может, тебе это передалось от Рунеро. Мы же его поймали, ты ведь знаешь?
Нарцисса поджала губы. Не знала.
— А за что его нужно было ловить?
— Ну, например за шпионаж и за взлом. Его борьба за место под солнцем, думаю, закончилась неожиданно даже для него. Твоя тоже так закончится, и я не участвую в твоих интригах.
— Что ж… Я давала тебе шанс.
Высоко подняв голову, принцесса вышло прочь, а я без сил повалилась в кресло. Побыстрее бы уже прошло это награждение!
Встреча с Нарциссой имела для меня неожиданное и неприятное продолжение. Через день в мою комнату постучала стража и попросила прибыть в кабинет канцлера. Я очень удивилась и с тяжёлым сердцем проследовала за моими провожатыми.
Напрямую в кабинет меня не проводили, а оставили ждать в смежном помещении, в которое и зашла мать Ревана, едва мои конвоиры вышли.
— Что случилось? — спросила я у нее.
— Всё плохо. Заговорщики решились на беспрецедентный поступок. Просто невероятно, но у них может получиться. Пока вы будете разговаривать, я всё подготовлю, чтобы вас с Реваном вывезли из города. В противном случае вас ждет наказание.
— Погодите организовывать побег, объясните сначала, что же случилось?
— Сегодня принцесса Нарцисса заявила, что, несмотря на то, что ты ее подруга, она не можешь более скрывать правду и должна рассказать, что у вас с Реваном были любовные отношения. Вроде как ты ей рассказала.
— Я ничего такого ей не говорила.
— Она привела в доказательство вашу переписку. Понимаешь, можно всё отрицать, но пока будет длиться расследование, запланированные на завтра награждение и мероприятие отложат на срок, пока будет расследоваться это дело. И в это время негодяи могут вас убить. Начнется государственный переворот.
— Расследования не будет и с нами все будет хорошо, уверяю вас. И нужды в побеге нет: я смогу доказать, что Нарцисса лжет.
Мать Ревана пару секунд недоверчиво на меня смотрела, а потом ее глаза расширились: она догадалась. Но прежде чем она успела спросить об этом, меня вызвали в кабинет.
В красивой большой комнате в этот раз было тесно как никогда. За столом сидел канцлер, рядом стоял ректор ПТУ. Здесь же присутствовали император и Совет в полном составе, а также начальник стражи, брат одного из советников. Именно эта парочка хочет власти и свергнуть Совет, с ними у Нарциссы сговор. «Милая» девушка сидела около входа, так же как и Реван.
— Доброй день, магистр, — поприветствовал меня канцлер. — Думаю, вы знаете всех в этой комнате, а значит, мы можем перейти к делу.
Я кивнула.
— Мы вызвали вас потому, что принцесса Нарцисса утверждает, что у вас была связь со своим студентом на протяжении всего срока, что вы преподавали в университете. Это очень серьезное обвинение, но она утверждает, что вы сами сообщили о данном факте ей в личной переписке.
Реван-старший, постучав пальцами по столу, поинтересовался у меня:
— Что вы скажете об этом?
— Принцесса лжет. Не знаю, сама ли она сфабриковала эти письма или ей кто-то помог, но она оклеветала и меня, и моего бывшего студента.
— Габриэла, как ты можешь?! — расплакалась лживая гадина.
— Вы понимаете, что нам нужны и доказательства? — усмехнулся глава стражи.
— Конечно, и я могут их предоставить. Я не могла состоять в любовной связи с господином Реваном. — И, вскинув голову, добавила: — Любой лекарь подтвердит вам это: я ещё девственница.
Мои щеки пылали, душа металась от стыда: признаваться перед таким количеством народа в таком личном вопросе. Но ничего не поделаешь.
Шум поднялся невообразимый, я перевела взгляд на Нарциссу, что сидела застывшая и забыв, что должна плакать, а потом на Ревана.
У гоблина выражение лица было совершенно невозмутимым, но в глазах я видела потрясение. Ещё бы: у одаренных очень свободные нравы, а тут в моем возрасте — невинная дева.
— Господа, давайте подойдем к проблеме по порядку. Обвинение с Ревана снято и завтрашняя церемония состоится?
Двое из трех советников были за этот вариант, оставалось слово за императором.
Руки у мужчины тряслись — едва заметно, но всё же, — глаза были полуприкрыты, и когда он заговорил, голос срывался.
— Обвинения с господина
