Авторы: Михеев Михаил
в городке с многообещающим именем Гадштадт, как мне объяснил еще граф, есть целых три постоялых двора. Весьма неплохо для населенного пункта, в котором проживало аж пять тысяч человек, и который был окружен самой настоящей каменной стеной. Шикарная была стена, в целых два моих роста – у меня в замке повыше раз в несколько, да и толще вдвое, а вот поди ж ты, город. Хотя какая мне, собственно говоря, разница? Меньше город – проще искать. Правда, и меня, случись что, обнаружить легче, но тем хуже будет тому, у кого хватит наглости со мной связаться.
— Эй, милейший, как мне попасть в ресторацию «Пьяный конь»? – остановил я жестом какого-то горожанина, который, не обращая внимания на дождь, шустро топал куда-то по своим делам.
— Прямо по улице и на втором повороте – направо, – не замедляя шаг и не поднимая головы, чтобы под капюшон не натекло, ответил мужик и целеустремленно нырнул в какой-то проход. Я заглянул ему вслед и увидел в конце вяло покачивающийся, но зато хорошо видный даже в дождь красный фонарь, висящий над опрятным крылечком. Да уж, если здесь обычаи схожи с нашими, то этот шустрик прямо с утра – да по бабам… Молодец, уважаю.
Я тронул коня каблуками сапог, и Гром послушно двинулся вперед.
Вот ведь удивительно – мне ни разу не потребовалось воспользоваться шпорами, я их даже к сапогам не прикручивал. Несмотря на свою флегматичность и спокойствие, конь повиновался мне невероятно чутко
— то ли выдрессирован был что надо, то ли еще что, не знаю. Однако следовало признать, что с этой зверюгой мне повезло, и, стало быть, беречь коня надо, как зеницу ока – я, разумеется, не профи, но понимаю, что второго такого хрен найдешь.
Ресторация нашлась там, где и ожидалось – не обманул прохожий.
Ничем непримечательное здание, разве что высотой в три этажа – большинство домов здесь было одно– или двухэтажными. Первый этаж ресторации был сложен из камня, два других – из не слишком толстых бревен. В этих местах, как я успел убедиться, такая архитектура была в ходу. Пожалуй, единственным, что отличало «Пьяного коня» от соседних домов в плане архитектуры, были очень высокие окна – они начиналось в верхней части первого этажа и шли почти до середины второго. Интересное стилистическое решение – надо будет узнать, к чему бы… Не то чтобы это мне надо было, но интересно. Подобное, как я знал, кое-где в средневековье практиковалось и в нашем мире.
Причина была прозаической, и мне очень хотелось сравнить этот мир с моим родным, так что повод поинтересоваться был.
Гром вошел в узковатые для него ворота с трудом, да и мне пришлось слегка пригнуться, чтобы не стесать лбом бронзовую вывеску, долженствующую, очевидно, изображать того самого пьяного коня. Конь больше напоминал бьющегося в падучей бегемота, но откуда я знаю – может, у них здесь и такие породы бывают. Жаль только, что боковые ворота, предназначенные, очевидно, для карет были закрыты – сквозь них с нашими габаритами проезжать было куда удобнее, но не ждать же, пока откроют. Предвкушение сухого помещения и подогретого вина гнало вперед не хуже, чем запах суки во время течки тянет к ней псов со всей окрестности, и потому я предпочел рискнуть лбом, все равно ему ничего не будет, чем мокнуть. Мой конь, очевидно, полностью разделял такой подход к проблеме и едва не снес один из служащих косяками столбов. Ну, снес – не снес, а покосил неплохо, с таким зловещим скрипом, что из дверей высунулся испуганно хлопающий глазами парнишка.
— Лошадь прими, оголец, – я ловко, с приобретенной уже здесь сноровкой спрыгнул на землю и кинул ему в лицо поводья. Тот инстинктивно поймал – все, кто здесь главный показано четко. Именно такого поведения от подобных мне и ждут, так что, проворчав что-то себе под нос, парень, тем не менее, повел Грома в стойло. Уже в спину ему я негромко, но веско добавил: – И чтоб ухаживал за ним как следует – башку оторву.
Ступени, по которым я поднимался на крыльцо, были сделаны из толстых, потемневших от времени и въевшейся грязи досок. Под ногами они издавали противные полускрип-получавканье – очень уж были напитаны водой. Такой же сырой и темной была дверь, однако открылась она на удивление легко – несмотря на то, что доски сильно набухли, ее не перекосило и не клинило. Вообще, плотники здесь были хорошие – это я успел заметить еще в первый день, и в последующих странствиях понял, что ничего удивительного в том нет. Просто каждый мужик держал топор в руках чуть ли не с малолетства. При такой практике даже откровенно безрукий сумеет наловчиться, а уж как работали мастера – это же чудо! У нас такие живо стали бы состоятельными людьми, делая под заказ, к примеру, мебель – ручная работа нынче в моде, а здесь делали не только лучше, чем наши доморощенные умельцы, но и в разы быстрее.
