Авторы: Михеев Михаил
а ты меня накрыла… Кстати, как эта дрянь называется и что делает? А то я что-то не разобрал. Повторить смогу, а вот результат не знаю.
— Мне было все еще страшно, – призналась девушка, и на сей раз я ей поверил. – Ты когда-нибудь в водах Хаоса купался? – и, не дав ответить, продолжила: – А вот я купалась. Это вторая на свете вещь, которая напугала меня до такой степени, что я перестала соображать.
А чем шибанула… Блин… Ты б еще что попроще спросил. Может
«Возмездием небес», а может «небесным громом». Только тебе то это зачем? Эти заклятья только под силу Лемираен заточены.
— Воды Хаоса? Нет, не купался, – признался я. – Только ноги мыл.
Вода как вода… А насчет заклятья… Сможешь от него защититься?
— От заклятья смогу, если не бить им в полную силу. Мне ныне в бригантине и щитках особо не побегаешь…
— Тогда защищайся, – и, когда она кивнула, метнул в нее то, чем она перед этим била меня. Я ведь в тонкости магии не лезу – могу лишь тупо, как обезьяна, повторить то, что подсмотрел у других, так что мне плевать на тонкости и неувязки. Результат превзошел все мои самые смелые ожидания. Вокруг девушки вспыхнуло огненное облако, мгновенно распавшееся на лоскуты и… взлетевшее тучей разноцветных бабочек. Лицо моей собеседницы вытянулось. – Что, не так?
— Вообще-то, оно оглушать должно, – осторожно ответила она.
— Ну, значит, и вправду не получилось. Ерунда, я и без него проживу. Ладно, ты как хочешь, а я спать пошел. И жрать мне охота.
Надумаешь – приходи, – сказал я и пошел к своим вещам. Ничего интересного я от этой девицы получить не мог, грести под себя ее саму ради коллекции… Я вам что, насильник какой? Пускай идет своей дорогой.
За мной следом она не побежала – ну и ладно, мне больше достанется. Я подобрал свои вещи и пошел к водопаду, где с аппетитом поужинал и завалился спать. Выспался, кстати, отлично, ну да это как всегда. Ну а когда мой внутренний будильник просигналил, что все, пора вставать, то вскочил сразу, бодрый и полный сил. И только умываясь, сообразил, что со вчерашними забавами не закрыл окно.
Значит, в том мире время стоит… Едрит-мадрит! Я вернусь в тот же самый миг, что и ушел, а значит, всю ночь там под дождем кантоваться! Ладно, придумаем что-нибудь. Быстро перекусив остатками ужина, я направился обратно, и с удивлением обнаружил там мою давешнюю собеседницу.
— И что это мы тут делаем?
— То есть как что?Думаю пока, куда податься.
— Всю ночь думаешь? – покрутил я пальцем у виска.
— Какую ночь? Тебя хорошо если пары минут тут не было. Ты что-то забыл?
Она что, дура? Именно эта мысль просвистела у меня в голове. Но вслух я этого, разумеется, не сказал.
— Наверно, я ошибся. И чего надумала?
— Прикидывала куда пойти –еще по туману покружить или к костру наведаться,-похоже, ей было неприятно об этом говорить. –Мне все равно отсюда никак кроме как от костра не уйти.
— Это почему еще?
— То есть как почему? –девушка удивленно подняла брови.
— Вообще-то туман весьма загадочное место, со своими особенностями.
Он может тебя через пару секунд нахождения в нем обратно в мир выкинуть, а может дня три голову морочить и кругами водить. А потом возьмет да и выкинет так, что в твоем мире минуты не прошло, а может,и год отмотало.
— Редкий бред, – пожал я плечами. – Тебя как звать-то, чучело?
— Сам ты чучело, и мои слова не бред! –кажется, она рассердилась.
— То,что тебе было сказано, я на своей шкуре испытала. Если у тебя сведений мало, то вовсе не значит, что все прочие врут.А вообще про туман ни я, ни ты до конца знать не можем –мы тут гости. Про него только местные все знают.
— Чучело из нас двоих одно, и это явно не я. Хотя бы потому, что я чистый, сухой и причесанный, а ты похожа… Да на чучело и похожа.
Меня, кстати, Павлом зовут, и никаких проблем я в тумане не имел пока.
— Алена, – представилась в ответдевушка. –А вид… Вот скажи, у тебя нормального мужчины при виде симпатичной девушки, которая в ответ ничего плохого тебе сделать не сможет, вслед за которой не прибегут с десяток братьев в случае чего отстоять ее честь, какие мысли возникают, а?
— Ну, это как получится, – ухмыльнулся я, но, видя, как внезапно изменилось лицо Алены, сказал уже серьезно: – А какие мысли у меня могут возникнуть? Женщина неприкосновенна. Она – мать, неважно, уже или в будущем. Если сама не против чего-нибудь – тогда другой коленкор. А так… Не попросит – помогать не буду, но и вреда не причиню.
— Местным пойдешь, объяснишь? У всех несколько иные намерения.
Особенно если в местном средневековье видят женщину в современном платье и на шпильках. А так я только жалость вызываю, ну может быть отеческое чувство… В основном же тупо
