Авторы: Михеев Михаил
когда солнце еще и не осветило толком землю. Над болотом стоял густой туман, подсвеченный изнутри тонкими, как спицы, лучами света, пробивающимися сквозь густую листву. При этом создавался занимательный эффект мерцания и отблесков, сильно мешающий даже мне с моим непревзойденным всепогодным зрением. Как уж ориентировались остальные, я вообще понимал с трудом, тем не менее, проводник шел уверенно, и мы, держась следом за ним, прошли до конца болота без существенных потерь. Единственное, чего мы лишились, был сапог того самого невезучего громилы, которому я накануне поджарил рубаху. Сапог слетел с завязшей ноги, как будто был жиром смазан, болото чуть слышно чавкнуло, и поиски пропажи ни к чему не привели. Не смертельно, хотя, конечно, неприятно, но, замотав ногу тряпками, чтобы не поранить ее об в изобилии встречающиеся в болоте коряги, мужик без потерь выбрался на сухое место, благо болото уже кончалось, и к полудню мы выбрались на сухое место. По заверениям проводника, дальше было и сухо, и относительно чисто, во всяком случае, без особого бурелома.
К вечеру мы вышли на место предполагаемой засады, по-прежнему опережая обоз. Только если в начале пути мы его опережали примерно на сутки, может, чуть больше, то сейчас в запасе у нас было дня два, не меньше, поэтому мы обустроились со всем возможным комфортом, растянув в паре километров от дороги палатки и разведя костер. Быть обнаруженными мы пока не боялись, а через сутки лагерь предполагалось свернуть. Точнее, не сам лагерь убрать, уж больно место удобное (подозреваю, Вилот заранее его присмотрел), а просто перестать жечь костры, которые можно было сравнительно легко обнаружить. Лучше подстраховаться, чем вляпаться из-за того, что обоз появился чуть раньше, чем мы ожидали. У дороги посадили наблюдателя, а через пару часов к нашему лагерю начали подходить другие группы, каждая из которых шла своим маршрутом. Зачем это было сделано я, честно говоря, не очень понимал, но решил не вмешиваться в процесс, тем более что компетентность Вилота никто под сомнение не ставил.
В общем, народ прибывал всю ночь, и к утру в лагере оказалось уже с полсотни человек, из которых трое были магами. Правда, держались они отстраненно, и лишь один сквозь зубы признался, что их уровень по сравнению с нормальным практикующим чародеем, мягко говоря, слабоват. Комплексы у них, что ли? Впрочем, меня это не очень волновало, главное, что сейчас нас было четверо против четверых, хотя, конечно, разница в классе может сыграть с нашей «великолепной» четверкой злую шутку.
Еще меня удивило то, что среди вновь прибывших оказалось шестеро стражников – их я запомнил еще в городе, один, помнится, на часах стоял, когда мы в город въезжали. Вот он, звериный оскал коррупции!
Хотя, конечно, и этих понять можно было – жалование стражников невелико, а кушать хочется всем и, желательно, больше одного раза в день. Если же у тебя еще и семья, то положение и вовсе становится аховым. В конце-концов, у нас тоже во всевозможных бандах попадаются бывшие менты, так чему же я удивляюсь? Плохо, конечно, но в целом дело житейское, так что я плюнул и не стал забивать себе голову ерундой, решив только не поворачиваться к этим парням спиной. В жизни случается всякое, а предавший один раз предаст и во второй.
Помимо магов и стражников-ренегатов среди собравшихся оказалось двое потрепанного вида дворян, наглых и задиристых. Тоже, видать, не от хорошей жизни подались на такой промысел, и теперь пытаются хоть как-то выделить себя из толпы. Впрочем, со мной связываться не стали
— значит, не совсем дураки. Это радовало, потому как дураки и сами гибнут, и других за собой на тот свет тянут, а эти наверняка постараются выжить. Плюс дворяне всегда неплохо владели оружием, и в бою эта парочка, к тому же явно не в первый раз работающая вместе и успевшая сработаться, будет не лишней.
Остальные участники намечавшихся танцев с саблями были классическими представителями того, что принято называть «дном».
Этих было немало и типажи бывали самые разнообразные, от ворья, до лесорубов. Впрочем, все они были на вид ребятами тертыми и с ножами
(а лесорубы и с топорами) наверняка обращались виртуозно. Вот только чего они будут стоить, когда за них возьмутся опытные, хорошо вооруженные и, скорее всего, одетые в доспехи воины оставалось лишь догадываться. Скорее всего, немногого.
Зато бардака в лагере добавилось мгновенно. Народ толкался, путался друг у друга под ногами, о гигиене вообще никакого представления не было. Ну ладно, портянки у всех грязные и мокрые
(хотя это надо бы приравнивать к химическому оружию), но вот то, что туалет не сделали… Там ведь и надо-то всего-навсего яму вырыть, но нет, все гадят в кустики!
