Пустошь

ты думаешь — кккто говорит с тобой?».
Он покачал головой и стал читать дальше.

«Господь, ты дал мне жизнь в темных водах. Я не спрошу Тебя зачем, я говорю спасибо.
Я — Твой раб, и моя жизнь в Твоих руках. Я пойду по пустыне, потому что знаю: Ты стоишь за моей спиной».
«Самонадеянность — тяжелый грех. Самонадеянные умрут и превратятся в прах. Нельзя противостоять».

Майкл с трудом понимал значения слов, которые произносил — его мысли были далеко. «Так вот когда ты обратился, Бенни. Ты решил, что это Он спас тебя».

«Чудны дела Твои Господи и все твари и двери Твои».
«Все дороги, это лишь одна дорога. Дорога на север. Дорога к двери, за которой…
Кто?»

Майкл перевернул несколько страниц.
— Дальше одни псалмы… Погоди — вот еще!

«Дорога к свету лежит через камни и грязь. Я стал камнем, и я стал грязью, и дорога приняла меня своим.
Ты — темная ночь, а я — часть темноты. Чем дальше я иду, тем меньше святости. Не Его это творения. Его нет здесь. Не вижу.
Бог молчит. Говорю только я, и голос мой слаб».
«Змея ползет между камней, не увиденная никем».

Майкл перевернул страницу.
— Это последняя.

«Бог — это порядок. Сатана — хаос. Язва — хаос внутри порядка.
Пустошь — здесь порядок сошел с ума, а хаос — единственная логика внутри этого сумасшествия. Можно узнать язву, можно знать приметы. Можно дать названия. В пустоши нет логики — она сумасшедшая.
Так где здесь порядок?
Где здесь Бог?
Где?
Я щепка. Я плыву по волнам».

— Все.
Майкл отложил тетрадь. История человека, сумевшего выжить в пустоши, человека, загнавшего их в язву и умершего в попытках спасти, лежала перед ними. Простая и короткая, как детская сказка и страшная, как правда.
— Наверное, этим все и должно было закончиться, — сказала Анна. — Никто не может долго жить в таком напряжении. Он сошел с ума.
— Да. Наверное.
— То, что он написал… В этом нет надежды. Не за что зацепиться. Любой поступок будет ошибкой.
— Думаю, он пытался найти… точку опоры.
— А ты видишь ее, Майкл?
Он задумчиво посмотрел на Анну.
— Мы умрем, Майкл. Мы умрем здесь. И я уверена, что смерть наша будет не простой.
— Не говори так.
— А почему? Тебе страшно?
— Мы не умрем.
— Не надо врать себе. И мне тоже. Мы с тобой мертвецы. Мы мертвые.
— Нет.
Анна замолчала и теснее прижалась к нему.
— Майкл, обними меня, пожалуйста.
Он прижал ее к себе и уткнулся в растрепанные волосы.
— Скажи, что ты никогда не оставишь меня.
— Я не оставлю тебя.
— Скажи, что никогда не сделаешь мне больно.
— Я никогда не сделаю тебе больно.
— Скажи, что мы не умрем.
— Мы не умрем. Никто не умрет.
Анна прижалась к нему.
— Если бы не ты, я давно бы сошла с ума.
— Я тоже.

Майкл сидел в открытой двери машины, сжав