Пустошь

Боже — действительно случилось!
— Черт, ну давай же!
Кольцо упорно не желало сниматься с гвоздя. «Я теряю время! Теряю время! Почему она замолчала?». Он схватил ключи и изо всех сил дернул на себя. Гвоздь выскочил, и связка оказалась у него в руках. Он быстро сунул ключи в карман и побежал к двери.
— Я иду!

Низкое солнце на секунду ослепило его, а, когда зрение вернулось, вокруг никого не было. У одной из колонок валялась открытка. Он огляделся по сторонам, но увидел лишь темные молчаливые дома пуэбло.
— Анна! Анна, ты где?
Ему ответило только тихое шуршание ветра. И больше ничего.
Анна исчезла.

Линда осторожно отодвинула от себя микрофон, все еще не веря в то, что произошло. Целый час она пыталась связаться с Майклом и Анной, но рация отвечала ей только бессмысленным шумом. Что с ними случилось? Неужели и они тоже… Нет! Даже думать об этом нельзя! Но почему они молчат? Почему молчат?
То, что она услышала час назад, озадачило и испугало ее. За время, которое она провела у рации, переговариваясь с райдерами, она слышала много, чертовски много такого, что она предпочла бы никогда не слышать. Но в последнее время все было хорошо. И она уже начала забывать, как это бывает. И вот теперь — крики, ругательства Майкла, рев двигателя и сигнал клаксона. Очень громкий сигнал. Слишком громкий! Такой может быть установлен на большой машине. У «Сабурбана» он совсем другой. Они попали в аварию? Но откуда там взялась машина? Кроме Майкла, там никого не могло быть. Ни военных, ни местных. А если это кто-то из Кубы? Нет, это невозможно! Но тогда кто? Ради бога, кто? Что за машина оказалась там?
Как и многие в Санта Розита, Линда свято верила в неуязвимость Майкла. Еще никому не удавалось ездить по пустоши так долго. Казалось, Майкл нашел какую-то волшебную палочку. Какой-то способ быть в стороне от опасности. Его много раз спрашивали о нем, но он только пожимал плечами и говорил: «Будь внимателен к мелочам и не психуй. Это все, что ты можешь сделать. Остальное — удача!». О! — удача была благосклонна к нему, как к тем немногим своим любимчикам, которые не знают, что такое невезение, и с рождения обеспечены бесплатной страховкой. Линда верила, что Майкл из их числа. Верила до сегодняшнего дня.
Анна! С ней с самого начала были неприятности. Как будто она заразила их невезением, которое привезла с собой. Наверное, это из-за нее удача отвернулась от Майкла. Не надо ему было брать ее с собой! Не важно, какие там у него мотивы, в первую очередь нужно было думать о себе!
Линда боялась верить в то, что случилось. Из последних сил, подсознательно цепляясь за какую-то соломинку, она сидела в офисе перед рацией и застывшими глазами смотрела на пульт. Медленно ползли минуты. Она пыталась связаться с ними снова и снова, но эфир был пуст. Никакого ответа.
Около десяти вечера в офис пришел Чарли. Одного взгляда на сестру было достаточно, чтобы понять, что случилось. Он подошел к ней и положил руки ей на плечи.
— Насколько плохо?
— Очень плохо. Вот, я записала полтора часа назад.
Она включила магнитофон.
Треск помех, какой-то невнятный шум. Потом голос Линды: «Майкл! Это Линда. Уже половина восьмого. Почему ты не выходишь на связь? Майкл, у тебя все в порядке?». Голос, прозвучавший в ответ, заставил Чарли вздрогнуть. Он был одновременно и похож и не похож на Майкла. Он звучал испуганно, раздраженно и как-то… растерянно. «Линда, это Майкл…», — начал он, но не успел закончить фразу, остаток слов утонул в адском шуме. Как-будто проснулось доисторическое чудовище. Шум нарастал в течение нескольких секунд, а потом оборвался. Стало слышно, как взревел двигатель «Сабурбана» и еще какой-то странный гул. Низкий и громкий. И он приближался. И снова голос Линды: «Майкл, что там у тебя? Что это за звуки? Майкл!». Рев в эфире достиг апогея, потом послышался визг покрышек и странные звуки, как будто кто-то выбивает пыль из ковра. Потом все смолкло. Остался только треск помех.
Линда выключила запись.
— Что это, черт возьми, было? — спросил Чарли, садясь на стул рядом с ней.
— Клаксон, — ответила Линда. — Я прокрутила запись раз двадцать и уверена, что это был клаксон.
— Больше похоже на ревун — как на кораблях.
— Да.
— Там был еще какой-то странный звук. Ты думаешь…
— Да. Мне кажется, там была вторая машина. Большая машина. Грузовик.
— Краучеры?
— Нет, они здесь. Никто кроме Майкла сегодня не выезжал.
— Машина, — озадаченно повторил Чарли. — Кто это мог быть?
— Не знаю. Я еще несколько раз пыталась с ними связаться, но без толку. Они молчат.
Чарли взъерошил