Путь изгоя

  — Альвин, вот скажи мне, что ты сделаешь, если кто-нибудь кинет в тебя камнем?
  — На дуэль вызову. Или в челюсть дам.
  — А он просто уклоняется. — Голос Катарины был тих и задумчив.
  — Именно! Я не понимаю, почему он так себя ведет, и это плохо. — Гален развернулся лицом к друзьям. — Любой попавший в него камень — это повод для поединка. То, что запустили сейчас эти трое, вообще сойдет за попытку убийства. Преподаватели не смогут отказать в дуэли. А Даркин просто играет. Ты знаешь, Альвин, когда у него кончится терпение? И я не знаю. И понятия не имею что делать, если он вызовет на дуэль кого-нибудь из наших малолеток. Поэтому и прошу запретить им это заранее. Пока наша группа не сократилась в численности.
  — Не все послушаются. — Катарина нахмурилась — ты же знаешь.
  — Альвин? — Гален посмотрел на товарища.
  — Я не смогу запретить но-Кайри или но-Сумену. Они скорее сделают наоборот. Мне кажется, ты преувеличиваешь опасность. Темный просто трус, вот и все.
  — Альвин, пожалуйста.
  — Хорошо, я тебя поддержу. — Катарине Альвин отказать не мог.
  — А идиоты, которые не послушаются — сами виноваты. — Подытожил Гален.
  Второй лекцией в Звитен шла Общая магия. Вел ее на этот раз Арман но-Шейн. Еще раз напомнив про безопасность, он показал заклинание воздушного кулака. Оно чем-то было похоже на «Вентис» по начертанию, только добавилась пара пересекающихся линий и еще один вектор перпендикулярный плоскости. Само заклинание называлось «Арфаус».
  Потренироваться мэтр не дал, предупредив, что для этого будут специальные занятия на полигоне. Следующим заклинанием был магический щит. Щит имел форму полусферы и выдавал себя легким мерцанием. Как объяснил но-Шейн, данная разновидность щита является самой простой и универсальной. Защищает от магических атак, но при этом очень энергоемка. В темном зрении это выглядело как сетка с прямоугольными ячейками. Точнее это напоминало половину глобуса с меридианами и параллелями. Остаток занятия был посвящен отработке умения ставить щит. Как я заметил, размер ячеек у разных людей был разным.
  Ближе к концу занятия мэтр Арман обратил внимание и на меня.
  — Что это ты такое рисуешь? — спросил он, заглянув в лежащие передо мной листы бумаги.
  — Я так вижу энергетические линии заклинаний, — поясняю я, указывая на схемы, — «Вентис», «Истэ», «Меридем».
  — Очень интересно! Ты знаком с печатями Ларгоса? Очень похожи на твои рисунки.
  — Ни разу не слышал. А что это такое?
  — Лагрос ан-Тори. Известнейший ученый и теоретик магии. Его печати — это переход от ритуальной магии к жестовой. Зайди после занятий, покажу тебе его работы.
  — Хорошо, мэтр.
  — А что это у тебя на спине? Арман замечает мое украшение.
  — Вышивка.
  — А ты не знаешь, что это запрещено? — но-Шейн хмурится. Остальные ученики с интересом наблюдают за нашим спором.
  — Прошу прощения, мэтр, но я не нашел в правилах пункта, который запрещал бы украшать мантии вышивкой.
  — Там сказано, что мантия ученика должна быть однородно-серой.
  Демонстративно оттягиваю рукав.
  — Кто скажет, что мантия зеленая, пусть первым бросит в меня камень. — Позволяю себе легкую улыбку.
  — В таком случае, как твой куратор, я запрещаю тебе носить мантию с вышивкой.
  — Опять же прошу прощения, но это не в вашей компетенции. Согласно уставу Академии, вносить какие-либо изменения в устав может только ученый совет во главе с Архимагом.
  — Значит, я обращусь к Архимагу. — мэтр Арман уже начинает откровенно злиться. От дальнейших препирательств нас спасает сигнал об окончании занятия.
  Уроки физкультуры и алхимии прошли тихо и мирно. Только после обеда какой-то третьекурсник попытался нарваться на дуэль. Видимо, наблюдая за попытками первокурсников устроить мне пакость, старше курсы решили включиться в травлю. Задев меня плечом, ученик начал громко возмущаться, что я нанес ему оскорбление. Скучающим голосом я сообщил, что как только он получит разрешение на дуэль, буду рад встретиться на арене. После чего спокойно пошел дальше. Забияка как-то сразу увял. Видимо, реально оценил свои шансы получить это самое разрешение.
  Мэтр Арман, к которому я зашел после уроков рассказал мне о Ларгосе ан-Тори. Этот примечательный человек жил лет пятьсот назад и был жутким затворником. О нем самом почти ничего не известно, но сохранилось довольно много его трудов по теории магии. Он же создал и теорию печатей. Печать — это некий узор, который создает заклинание при наполнении его силой. Вся прелесть в том, что наполнив печать ветра силой огня, мы все равно получим ветер. Сейчас его принципы используются в основном при создании